«ГОГОЛЬFEST» приглашает в Киев

Имя Влада Троицкого на Украине и за ее пределами ассоциируется с Центром современного искусства «Дах» и международным фестивалем «ГогольFest», посвященным 200-летию со дня рождения Н.В. Гоголя. В этом году в сентябре состоится третий «ГогольFest». А это и представление на Украине лучших образцов современного украинского и мирового искусства, и презентация театральных, музыкальных, литературных, художественных, аудиовизуальных проектов в едином интерактивном пространстве, и создание привлекательного имиджа Украины на международном уровне. Художественный руководитель Центра «Дах» и инициатор «ГогольFest» Влад Троицкий отвечает на вопросы «СВ».

– Влад, вы один из немногих на Украине, кто позаботился о чествовании Гоголя заранее. Есть ли у этой идеи соавторы и как вообще она возникла у вас?
– Возникла идея в Лондоне, когда мы играли шекспировского «Макбета» в Барбикен-центре. Я разговаривал с продюсером Центра, говорил о возможном фестивале. Захотелось сделать что-то, связанное с Гоголем. В это время мы подружились с «Художественным Арсеналом», в прошлом это военный завод, появилось пространство, где это имеет смысл делать. И так получился «ГогольFest». Поэтому можно сказать, что соучредитель фестиваля – «Художественный Арсенал».
– Почему именно Гоголь, а не Шевченко, например? Ведь после развала империи возник вопрос «чей Гоголь?»...
– Я ни с кем не собираюсь делить Гоголя, он просто гений – и все. Он родился здесь, писал на русском, прожил в Европе большую часть сознательной и творческой жизни, поэтому чей он – итальянский, русский, украинский, мне очень сложно сказать. Он – мировой, это моя позиция.
– Как вы считаете, искусство способно воспитывать?
– Искусство способно оказывать мощнейшее идеологическое воздействие на человека, особенно когда религия потеряла свою духовно-идеологическую парадигму. По крайней мере, так происходит на территории Украины, а в России, я так понимаю, все в порядке в этом смысле. На Украине же несколько христианских конфессий, между которыми идет не очень корректная борьба, поэтому через религию идеологию тут транслировать нельзя, но можно через культуру, искусство в том числе. К сожалению, получается пока достаточно неуклюже. Россия в этом плане лучше работает. Но тут опять-таки очень сложно не перейти грань. Как известно, советская идеология как раз этим и занималась, что эксплуатировала культуру, навязывая определенные ценности, используя цензуру, которую патронировал отдел идеологии ЦК.
– Вы с «Дахом» 1 апреля устраивали празднование 200-летия на малой родине Гоголя...
– Все происходило на территории родового имения Гоголей, где рос Николай Васильевич. Раньше оно называлось Яновщина, потом Васильевка, в XX веке его переименовали в Гоголево. Мы позвали гостей, журналистов. Показали мистический перформанс, который посмотрели и местные жители.
– У вас в театре идет «Женитьба» Гоголя. Какие еще спектакли, связанные с именем Гоголя, планируются?
– У нас был очень красивый спектакль «Смерть Гоголя», специально сделанный для первого «ГогольFest». Сейчас веду переговоры по поводу презентации «ГогольFest» в Питере в конце июня. Хотим сделать гоголевские старые версии по мотивам малороссийских повестей. Также ведутся переговоры по поводу презентации фестиваля в Париже и Брюсселе.
– Что нас ждет на третьем гоголевском фестивале?
– Если говорить о театральной программе, мне все команды, которые я пригласил, кажутся интересными, это и питерский театр «АХЕ» с «Мокрой свадьбой», и «SounDrama» Владимира Панкова, и многое другое. Могу также сказать, что «ГогольFest» в 2009 году будет масштабным – уже 12 стран подтвердили свое участие.
– По поводу личности Гоголя все сходятся во мнении, что он – трагическая фигура, однако восприятие его произведений у всех свое. Как вы воспринимаете творчество Гоголя, в нем больше грустного или все-таки смешного?
– Смотря что читать. У него есть смешные, страшные, мистические, духовные тексты. Я не могу сравнивать украинский и питерский циклы, «Мертвые души», молитвы, его публицистику. Как их сравнивать? Мне интересна личность Гоголя во всем ее объеме. В тот момент, когда вы говорите, что вам нравится больше то или иное в творчестве Гоголя, вы начинаете судить великого. Если я говорю: «Это мне менее интересно», даже подчеркивая субъективность мнения, в эту секунду я как бы похлопываю Гоголя по плечу. А ведь, возможно, я чего-то недопонимаю. Поэтому я про великих писателей не сужу.

Елена БОЛДЫРЕВА,
спецкор «СВ» в Киеве