Собранье звонкого фарфора

У шереметевской усадьбы Кусково воистину счастливая судьба. Последние ее владельцы, озабоченные будущим родового гнезда, вовремя догадались передать его под опеку нового государства. Дескать, если уж вы защитники угнетенных, то вот и проявите уважение к их труду и таланту. Ведь и главный дворец, и романтические флигеля были спроектированы и выстроены крепостными. Да и внутренней отделкой занимались в основном они же. Так Кусково сначала стало музеем творчества крепостных (а заодно и усадебного дворянского быта), а двадцатью годами позже, в 1938-м, сюда переехал Музей керамики, созданный Советской властью не в последнюю очередь для того, чтобы сохранить запечатленную в фарфоре и мелкой пластике историю новой России. Такой симбиоз дал единственный в своем роде музей, обладающий одним из крупнейших в мире собраний фарфора, стекла и керамики. И если о чем и жалеют кусковские музейщики, так это о том, что нет возможности выставить все, что хранится в запасниках усадьбы. Тем более что есть такой замечательный повод – 70-летие музея!
К дню рождения музей получил прекрасный подарок: восстановлена во всей красе знаменитая некогда на всю Москву Американская оранжерея. В былые времена здесь выращивали лимоны и персики, апельсины и ананасы, виноград и даже землянику – в общем, все то, что в суровом московском климате всегда считалось экзотикой. Вот и оранжерее хозяева дали «экзотическое» название. Цветы и деревья снова зазеленели под ее прозрачными сводами, но лишь в качестве обрамления для хрупких шедевров старинного искусства выделки фарфора.
Создателям выставки удалось найти очень удачную концепцию: выстроить историю фарфора в России не столько в хронологическом порядке, сколько в соответствии с капризами времен.
Можно не быть специалистом по фарфору. Достаточно внимательно присмотреться к сияющим за витринными стеклами чашкам, блюдам и вазам, чтобы понять – перед нами действительно история страны, представленная таким необычным способом.
Стол времен Петра I накрыт еще не фарфором, а цветным стеклом и керамикой, причем весьма искусной. В те времена даже в Европе фарфоровое производство находилось в самом зачаточном состоянии, так что даже венценосным особам приходилось довольствоваться керамикой.
А вот во времена царствования дочери Петра – императрицы Елизаветы – сервский и мейсенский фарфор стал непременным атрибутом императорского стола. Елизавета Петровна очень любила фарфоровые безделушки, и если бы не она, неизвестно, когда в России свой фарфор производить бы начали. А так ее велением была основана Невская порцелиновая мануфактура, будущий Императорский фарфоровый завод.
Эпоху наследницы Елизаветы – Екатерины Великой – называют зарей золотого века русского фарфора. На «екатерининском» столе центральное место занимают предметы из первого большого парадного императорского сервиза, получившего название «Арабесковый» за затейливую роспись в восточном духе.
Собственно, описывать каждый стол в экспозиции – никаких слов не хватит. Тут о каждом предмете можно сонет сочинять. Зато агитфарфору, разместившемуся в соседнем зале, вероятно, больше всего подойдут рубленые строки в духе товарища Маяковского. Вообще, это абсолютно русский феномен. Аналогов ему в истории искусства не существует. Ничего подобного в других странах не было. Не додумались! Разве что во Франции во времена Великой революции 1789 года, но далеко не в таких размерах.
Большая часть этой весьма обширной коллекции впервые демонстрируется в открытом хранении. У тех, кому не больше тридцати, все эти кружки и тарелки с портретами Ленина, Сталина, Дзержинского, с серпами и молотами, пожалуй, вызовут улыбку. А вот люди постарше вспомнят, как в детстве они видели их в агитвитринах, в кабинетах партийных начальников, как им самим такие дарили за выполнение и перевыполнение социалистических обязательств, по случаю юбилеев и прочих знаменательных событий. У кого-то такие раритеты, возможно, еще в фамильных сервантах хранятся.
Ну и как после этого не поверить, что путешествие во времени – возможно и никакая машина времени для этого не требуется.

Виктория ПЕШКОВА