Молитва в красках

Богоматерь Одигитрия. Вторая половина XVIII века. Дерево, темпера. Национальный художественный музей Республики Беларусь. В самом деле идея, казалось бы, лежит на поверхности: познакомить зрителей с творчеством иконописцев трех братских народов – корни-то общие и наставник один – Византия. Заглянуть в истоки, сравнить манеру письма – интересных выводов будет уйма. Всему этому можно и главу в учебнике истории посвятить, сызмальства дать детям это знание, а вот только в ХХI веке додумались до такого проекта. Инициаторами стали директора Третьяковской галереи и Национального художественного музея Республики Беларусь Валентин Родионов и Владимир Прокопцов. Оценив идею, к ним присоединился и директор национального Киево-Печерского историко-культурного заповедника Сергей Кролевец.
На пресс-конференции, предшествовавшей открытию вернисажа, прозвучало много мудрых и обнадеживающих слов, были зачитаны приветствия от высших иерархов трех государств. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II выразил уверенность в том, что «наш народ не забыл о вере и традициях и отсчитывает свою историю не с октября 17-го года. Многовековая история показала, что вместе мы можем быть сильными и сплоченными». Митрополит Киевский и всея Украины Владимир подчеркнул, что «икона – это окно в духовный мир, оказывает огромное влияние на людей и способствует их единению в православной вере». А Митрополит Минский и Слуцкий Филарет, патриарший Экзарх всея Беларуси, подчеркнул, что «иконы свидетельствуют о тягчайших испытаниях, выпавших на долю наших предков, и высочайших взлетах духа, и, осуществив это крупнейшее национальное собрание трех стран, мы предстоим перед их судом».
И вот она, эта «молитва в красках», по чьему-то меткому определению, перед нами. В залах Инженерного корпуса Третьяковки разместилось 80 икон ХIV-ХIХ веков из музейных собраний Москвы, Киева, Минска. А когда-то они попали в музеи из Новгорода, Пскова, Твери, Великого Устюга, Ярославля. Киевщины, Черниговщины, Волыни, Галиции. Окрестностей Минска, Бреста, Витебска, Могилева, Гомеля. Отбирали иконы с изображениями наших общих святых – князей Бориса и Глеба, которые были канонизированы первыми, их отца князя Владимира, крестившего в 988 году Русь, первых монахов Антония и Феодосия Печерских, митрополита Ростовского Димитрия...
Образам из разных иконописных центров присущи разные черты: стремление к мягкости и лиричности образа – ярославской иконе («Никола»), четкая геральдичность композиции, прозрачность, открытость цвета – новгородской («Князь Владимир»), особая острота образов и лики, написанные темными, почти коричневыми красками, – псковской и ни с чем несравнимые, сине-голубые тона – тверской («Успение Богоматери»). Эту икону называют еще «Голубым Успением». По легенде, нашли ее на соборной колокольне Минска, и белорусы заявили, что повесят образ на самом лучшем месте, когда в сентябре выставка приедет в Минск. И – непременная строгость ликов для всех, каноничность фигур.
Выходим в киевский и белорусский залы, и я понимаю, что имелось в виду. Под влиянием западно-европейской живописи, гуманитарных идеалов Ренессанса украинские и белорусские иконописцы переосмысливали традиционные сюжеты, наполняя их психологизмом, вводили в икону пейзаж. Для украинской иконы было характерно народное течение.
Например, иконы «Вхождение в Иерусалим» и «Бегство в Египет» насыщены деталями из окружающей жизни, отличаются народными типажами. Своеобразие украинского стиля и обусловлено сочетанием народной традиции с искусством живописи, пережившей влияние барокко.
Всеобщее внимание на выставке привлекли работы иконописцев лаврской школы – «Спас Вседержитель» и «Богоматерь Одигитрия» – на медных позолоченных пластинах середины ХVIII столетия. А также иконка-мощевик «Огненное восхождение пророка Илии» с изображением Ильинской церкви Нежинского монастыря, сгоревшей в 1765 году.
Белорусская иконописная школа сформировалась на рубеже ХVI-ХVII веков, и ее особенность проявилась в тяготении к барочному стилю. В белорусской иконе, как и в киевской, слились типично западные черты с народными. Изображения святых трактуются более жизненно, чем на русских иконах, и напоминают живописные образы. Вот «Рождение Богоматери», середина ХVII века – видим множество сценок, теплых, душевных, семейственных. И тщательно выписанная деталь – красный поясок, которым перепеленывают младенца, оберег от злых сил. Позднее белорусскую икону украшают окладами из дерева или металла или декоративной тканью. Недостаток мастерства порой восполняют трогательным простодушием – «Сошествие Святого Духа», «Крещение», «Покров».
На выставке представлены две иконы на один сюжет – «Распятие». И совершенно очевидно, что одна из них по жанру скорее религиозная картина, алтарная живопись католического характера, чем классическая икона. В целом выставка оставляет впечатление древа с тремя раскидистыми ветвями.