Владислав Пьявко: «Таланты и меценаты в России были всегда»
Народный артист СССР Владислав Пьявко, неподражаемый Германн советской сцены, после ухода из Большого театра приобрел такое количество должностей, что не перечислить...
Народный артист СССР Владислав Пьявко, неподражаемый Германн советской сцены, после ухода из Большого театра приобрел такое количество должностей, что не перечислить... Первый вице-президент Международного союза музыкальных деятелей, первый вице-президент и главный редактор издательства Фонда Ирины Архиповой, член жюри международной премии в области художественного творчества инвалидов «Филантроп», член жюри международных конкурсов вокалистов.
– Владислав Иванович, согласитесь, у нынешних певцов Большого театра есть основания вам завидовать: столько партий спето в классическом репертуаре, столько концертов дано, а партнеры какие – классики.
– Не могу знать, о чем думают сегодняшние певцы, но скажу, что к своим старшим товарищам мы относились с благоговением. Да и можно ли было по-другому? В мое время в Большом театре я мог слышать Козловского, Лемешева, Пирогова, Алексея Иванова, Ивана Ивановича Петрова, Рейзена. Художнику всегда надо помнить о предшественниках и относиться к ним с благодарностью. Всякая профессия – накопление опыта. Ты же только добавляешь что-то в эту копилку. Если, конечно, можешь добавить.
– Не будем определять степень таланта певцов, но чем же, на ваш взгляд, отличается современное направление деятельности Большого театра от прежних лет?
– Русский репертуарный театр, как оперный, так и драматический, всегда интересен ансамблевостью. Раньше успех спектакля делили на всех артистов, а не только на солистов, и от этого талантливые певцы только выигрывали. Сегодня торжествует принцип звездности. Жизнь устроена так, что для нынешнего солиста Большого театра прежде всего важно умение легко войти в спектакль любого театра. Ему надо ездить по миру и зарабатывать деньги. А потому важно умение работать с любым режиссером и певцами. Скажут ему, что надо подготовить партию Бориса Годунова, – он в срочном порядке будет ее готовить, и хорошо, если у него найдется минута заглянуть в энциклопедию и узнать, кто такой был этот Годунов.
– А вы в чем-то завидуете нынешним молодым певцам Большого?
– Завидую?.. Разве что их молодости. Хотя старым себя не чувствую. Поэтому и решился на концертную запись «Отелло», исполнив заглавную партию. Что-то не припомню тех, кто решился бы на это в шестьдесят пять лет. Дело в том, что в молодости по горячности натуры я отказался участвовать в спектакле «Отелло», который ставил тогда в Большом наш великолепный режиссер Борис Покровский. И сегодня жалею об этом, потому что все надо делать вовремя.
– А как вы считаете, сегодня приехавший из Норильска молодой Владислав Пьявко сумел бы сделать творческую карьеру?
– Трудно сказать. К сожалению, те, у кого есть деньги, не очень охотно тратят их на развитие отечественной культуры. Да и вряд ли найдется сегодня Родион Яковлевич Малиновский, министр обороны Советского Союза, маршал, который при всей сложности законов того времени посчитал нужным уволить из рядов Вооруженных сил офицера ракетных войск, который, видите ли, хотел петь. Как же он – про себя я называл его «дед» – был доволен, когда я поступил в ГИТИС. «Сынок, не может быть!» – так и воскликнул он, когда я сообщил ему об этом по телефону. Я звонил ему каждый год. Однажды, когда сказал, что с голосом у меня проблемы, он вдруг предложил: «Может, вернешься?» Он имел в виду армию. Но когда в 1965 году я поступил в Большой театр, Родион Яковлевич пришел в неописуемый восторг. Он приезжал на прогон первого моего спектакля, хотя лежал в это время в госпитале. После спектакля мне позвонил его ординарец и сказал, что «дед» плакал.
Вообще-то в России меценаты были всегда. Есть и сейчас, но без закона о меценатстве у нас ничего не стронется с места в этом направлении. Тем не менее нас постоянно поддерживают представители российского бизнеса, без их помощи многое не было бы сделано.
– Несмотря на все сложности, Фонд Ирины Архиповой умудряется проводить конкурсы, фестивали, концерты не только в Москве, но и на периферии.
– Еще во времена Советского Союза конкурс вокалистов имени М.И. Глинки проходил в столицах союзных республик. После распада Союза мы решили проводить его в российских городах, где есть оперные театры или консерватории, институты, музыкальные училища. Деньги на реализацию этого проекта, включенного в федеральную программу «Культура России», получаем от Федерального агентства по культуре и кинематографии. Помогает руководство регионов – прежде всего Урала, Сибири, некоторых областей Поволжья.
Вот челябинский губернатор Петр Иванович Сумин неслучайно стал лауреатом национальной премии «Золотая маска» и премии нашего фонда – он прекрасно понимает необходимость развития культуры и искусства в регионе. Огромное внимание уделяется там одаренным детям. Челябинская область – высокоразвитый промышленный регион, один из так называемых регионов-доноров, вероятно, им немного проще изыскивать средства на культуру. Губернатору Тамбовской области Олегу Ивановичу Бетину делать это сложнее, но и он умудряется находить деньги на культурные мероприятия, поддерживает объекты культуры. Как и Анатолий Дмитриевич Артамонов в Калужской области, Василий Кузьмич Бочкарев – в Пензенской.
В таких дотационных регионах множество по-настоящему выдающихся людей, помнящих о культуре. Однажды, когда зашла речь о возможности проведении конкурса имени Глинки в Калуге, Анатолий Дмитриевич Артамонов сказал: «Вы уж извините меня, Владислав Иванович, но в Калуге и области каждый год проводится 38 крупных культурных мероприятий, а нам еще надо «Полотняный Завод» реставрировать. Не сможем». Так что, несмотря на трудности, просвещенные губернаторы «гнут свое». Они не временщики. Временщики не могут возродить культуру. А этим людям дорога земля, на которой они живут. Проблемы культуры волнуют их, потому что это культура их народа.
Жаль, что не ощущаем такой заботы о культуре на государственном уровне. В ходе реформ, которые начали проводиться в начале 90-х годов, вместе с водой выплеснули и ребенка. Сегодня культура оказалась ненужной, потому что не дает прибыли. Неплохо бы нынешним руководителям изучить опыт советского руководства.
– Я понимаю, почему вы не завидуете молодым певцам. У вас же минуты свободной нет.
– Сил еще достаточно, не всегда хватает средств. По линии Международного союза музыкальных деятелей укрепляем связи с бывшими союзными республиками. Ирина Константиновна Архипова возглавляет жюри азербайджанского конкурса вокалистов имени Бюль-Бюля, я – член жюри, а не так давно работал в жюри грузинского конкурса. Румыны хотят войти своей ассоциацией в наш Союз музыкальных деятелей. Такое же желание есть у белорусов после реорганизации Союза белорусских музыкальных деятелей.
– Так что, Владислав Иванович, по-вашему, выкарабкаемся из духовной пропасти, в которой оказались?
– Россия необыкновенно богата талантами. Как я посчитал, за время ее истории интеллектуальный слой «срезали» примерно 328 раз. И всякий раз он восстанавливался. Вот и теперь, мне кажется, в стране идет возврат к торжеству интеллекта, духовности и патриотизма.
– Владислав Иванович, согласитесь, у нынешних певцов Большого театра есть основания вам завидовать: столько партий спето в классическом репертуаре, столько концертов дано, а партнеры какие – классики.
– Не могу знать, о чем думают сегодняшние певцы, но скажу, что к своим старшим товарищам мы относились с благоговением. Да и можно ли было по-другому? В мое время в Большом театре я мог слышать Козловского, Лемешева, Пирогова, Алексея Иванова, Ивана Ивановича Петрова, Рейзена. Художнику всегда надо помнить о предшественниках и относиться к ним с благодарностью. Всякая профессия – накопление опыта. Ты же только добавляешь что-то в эту копилку. Если, конечно, можешь добавить.
– Не будем определять степень таланта певцов, но чем же, на ваш взгляд, отличается современное направление деятельности Большого театра от прежних лет?
– Русский репертуарный театр, как оперный, так и драматический, всегда интересен ансамблевостью. Раньше успех спектакля делили на всех артистов, а не только на солистов, и от этого талантливые певцы только выигрывали. Сегодня торжествует принцип звездности. Жизнь устроена так, что для нынешнего солиста Большого театра прежде всего важно умение легко войти в спектакль любого театра. Ему надо ездить по миру и зарабатывать деньги. А потому важно умение работать с любым режиссером и певцами. Скажут ему, что надо подготовить партию Бориса Годунова, – он в срочном порядке будет ее готовить, и хорошо, если у него найдется минута заглянуть в энциклопедию и узнать, кто такой был этот Годунов.
– А вы в чем-то завидуете нынешним молодым певцам Большого?
– Завидую?.. Разве что их молодости. Хотя старым себя не чувствую. Поэтому и решился на концертную запись «Отелло», исполнив заглавную партию. Что-то не припомню тех, кто решился бы на это в шестьдесят пять лет. Дело в том, что в молодости по горячности натуры я отказался участвовать в спектакле «Отелло», который ставил тогда в Большом наш великолепный режиссер Борис Покровский. И сегодня жалею об этом, потому что все надо делать вовремя.
– А как вы считаете, сегодня приехавший из Норильска молодой Владислав Пьявко сумел бы сделать творческую карьеру?
– Трудно сказать. К сожалению, те, у кого есть деньги, не очень охотно тратят их на развитие отечественной культуры. Да и вряд ли найдется сегодня Родион Яковлевич Малиновский, министр обороны Советского Союза, маршал, который при всей сложности законов того времени посчитал нужным уволить из рядов Вооруженных сил офицера ракетных войск, который, видите ли, хотел петь. Как же он – про себя я называл его «дед» – был доволен, когда я поступил в ГИТИС. «Сынок, не может быть!» – так и воскликнул он, когда я сообщил ему об этом по телефону. Я звонил ему каждый год. Однажды, когда сказал, что с голосом у меня проблемы, он вдруг предложил: «Может, вернешься?» Он имел в виду армию. Но когда в 1965 году я поступил в Большой театр, Родион Яковлевич пришел в неописуемый восторг. Он приезжал на прогон первого моего спектакля, хотя лежал в это время в госпитале. После спектакля мне позвонил его ординарец и сказал, что «дед» плакал.
Вообще-то в России меценаты были всегда. Есть и сейчас, но без закона о меценатстве у нас ничего не стронется с места в этом направлении. Тем не менее нас постоянно поддерживают представители российского бизнеса, без их помощи многое не было бы сделано.
– Несмотря на все сложности, Фонд Ирины Архиповой умудряется проводить конкурсы, фестивали, концерты не только в Москве, но и на периферии.
– Еще во времена Советского Союза конкурс вокалистов имени М.И. Глинки проходил в столицах союзных республик. После распада Союза мы решили проводить его в российских городах, где есть оперные театры или консерватории, институты, музыкальные училища. Деньги на реализацию этого проекта, включенного в федеральную программу «Культура России», получаем от Федерального агентства по культуре и кинематографии. Помогает руководство регионов – прежде всего Урала, Сибири, некоторых областей Поволжья.
Вот челябинский губернатор Петр Иванович Сумин неслучайно стал лауреатом национальной премии «Золотая маска» и премии нашего фонда – он прекрасно понимает необходимость развития культуры и искусства в регионе. Огромное внимание уделяется там одаренным детям. Челябинская область – высокоразвитый промышленный регион, один из так называемых регионов-доноров, вероятно, им немного проще изыскивать средства на культуру. Губернатору Тамбовской области Олегу Ивановичу Бетину делать это сложнее, но и он умудряется находить деньги на культурные мероприятия, поддерживает объекты культуры. Как и Анатолий Дмитриевич Артамонов в Калужской области, Василий Кузьмич Бочкарев – в Пензенской.
В таких дотационных регионах множество по-настоящему выдающихся людей, помнящих о культуре. Однажды, когда зашла речь о возможности проведении конкурса имени Глинки в Калуге, Анатолий Дмитриевич Артамонов сказал: «Вы уж извините меня, Владислав Иванович, но в Калуге и области каждый год проводится 38 крупных культурных мероприятий, а нам еще надо «Полотняный Завод» реставрировать. Не сможем». Так что, несмотря на трудности, просвещенные губернаторы «гнут свое». Они не временщики. Временщики не могут возродить культуру. А этим людям дорога земля, на которой они живут. Проблемы культуры волнуют их, потому что это культура их народа.
Жаль, что не ощущаем такой заботы о культуре на государственном уровне. В ходе реформ, которые начали проводиться в начале 90-х годов, вместе с водой выплеснули и ребенка. Сегодня культура оказалась ненужной, потому что не дает прибыли. Неплохо бы нынешним руководителям изучить опыт советского руководства.
– Я понимаю, почему вы не завидуете молодым певцам. У вас же минуты свободной нет.
– Сил еще достаточно, не всегда хватает средств. По линии Международного союза музыкальных деятелей укрепляем связи с бывшими союзными республиками. Ирина Константиновна Архипова возглавляет жюри азербайджанского конкурса вокалистов имени Бюль-Бюля, я – член жюри, а не так давно работал в жюри грузинского конкурса. Румыны хотят войти своей ассоциацией в наш Союз музыкальных деятелей. Такое же желание есть у белорусов после реорганизации Союза белорусских музыкальных деятелей.
– Так что, Владислав Иванович, по-вашему, выкарабкаемся из духовной пропасти, в которой оказались?
– Россия необыкновенно богата талантами. Как я посчитал, за время ее истории интеллектуальный слой «срезали» примерно 328 раз. И всякий раз он восстанавливался. Вот и теперь, мне кажется, в стране идет возврат к торжеству интеллекта, духовности и патриотизма.
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
