Композитор Олег Иванов: Две «Олеси» для «Песняров» было много

Фото: Дмитрий Ткаченко/ kkre-4.narod.ru

ИКОНА ТРОНУЛА ДО СЛЕЗ

- Олег Борисович, поздравляем! Как потратите премию?

- Ой, такой не интересный ответ: много бытовых дыр, на которые вечно не хватает денег. Престижная государственная награда и много для меня значит. 

- Так давайте же о том, за что ее получили: о песнях. Для кого пишете сейчас?

- Как всегда, для широкого круга исполнителей - белорусских, российских. Работаю с Тамарой Гвердцители, Надеждой Бабкиной, Ренатом Ибрагимовым, Львом Лещенко. С Александром Серовым дружим. Поет три песни: «Бесконечную любовь», «Осеннюю свадьбу» и «Разведены мосты». Написал для него еще, но пока секрет. Еще Дмитрий Колдун записал мою песню на стихи Роберта Рождественского «Любить друг друга». Удачной получилась запись Александра Тихановича, который, к сожалению, рано от нас ушел, и Ядвиги Поплавской на стихи Петра Синявского «Городок, городок». Хочу поговорить с Ядвигой. Может, вдвоем с дочерью будет снова ее петь. Белорусские «Песняры» исполняют мою «Печеную картошку».

- Вы, знаю, давно, с «Сябрами» дружите.

- Десятки песен для них написал! «Олеся», «Глухариная заря», «Родная деревня», «Лесная колдунья», «Кукрыниксы»,  «Мамин крестик», «На полатях». Дружу с бас-гитаристом Анатолием Щитовым. Он живет в Подмосковье. Режет иконы по дереву. Как-то приехал показать одну, поставил на диван. Забежал мой тогда еще пятилетний сын и заплакал от того, что увидел.

- А у многих слезы на глазах, когда слышат «Олесю» в исполнении «Сябров». Речь же о купринской дикарке?

- Да. Когда в июне 1978 года познакомился с поэтом Анатолием Поперечным, он дал мне стихи. Я прочитал - они замечательные, но ведь уже «Песняры» поют одноименную песню Игоря Лученка. Поперечный ответил, что у нас будет другая «Олеся». Купринская. Романтический образ. Девушка, за которой ты стремишься, никак не поймаешь. И на русском, а не на белорусском языке, как лученковская. Я тогда еще не знал, что в Гомеле родился ансамбль «Сябры». Знал только коллектив Мулявина, и эту песню писал для него. Затем спел ее на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Гаване. Случился триумф. Делегаты пели хором. Поняли, что это хит, показали на Центральном телевидении. Спросили: «Кто, по-твоему, будет ее петь?» Я ответил: «Только «Песняры»». «Это великий коллектив, но двух «Олесь» для них будет много!» - сказали мне. И посоветовали - «Сябры». Я прилетел в Гомель. Записали. В студийном звучании я не мог поверить, что сам ее написал. А между мной и Анатолием Ярмоленко сразу возникло человеческое притяжение.

НА ЗАВАЛИНКЕ

- Непросто было создавать музыку в советские времена с худсоветами…

- Сейчас даже сложнее. Раньше потенциальный хит в «Добром утре» прозвучит - вся страна слушает. Так произошло с песней «Горлица», например. Бывало, у членов худсоветов случались перегибы, но вообще это былилучшие музыканты, поэты. А музыкальные и литературные редактора фактически играли роль продюсеров. Отбирали материал и ставили в радийную или телевизионную ротацию. Не за деньги, а потому что нравилось. Коллективизм, оптимизм советских людей рождали песни Дунаевского, Лебедева-Кумача. По большому счету произведения создавали не только композиторы и поэты, но и народ. А с моральными ценностями и крепкими устоями и песни получались достойными. Сегодня общество слишком расслоено.

- Кто виноват? Соцсети?

- Я процентов на восемьдесят против них. Пустая трата времени. Когда человек живет в виртуальном мире, у него и мозги начинают по-другому работать. «Отрываются» от действительности.

- То ли дело раньше было - на «Завалинке», которой посвящена ваша песня?

- Да, и в моем родном Барнауле завалинки были. Люди жили в деревянных избах, а зимы на Урале и в Сибири - холодные. На уровне метра от земли по периметру утеплялась изба, получался выступскамейка. Во дворах ребята играли в футбол. Ходили обедать друг к другу. У нас дома полквартала мальчишек собиралось. Смотрели первый телевизор. Было здорово!

ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ

Сын мечтал об армии

- Чем занимается ваш сын?

- Федору 23 года, и он служит в Вооруженных силах.

- Не пытались сделать так, чтобы «откосил»?

- Это был выбор Федора, и я этому рад. В армии - школа, она помогает правильно взглянуть на многие стороны жизни. Устав, дисциплина, дух коллективизма, товарищества. Пока его преображение меня радует. Восемь месяцев отслужил и стал совершенно другим. За первые два месяца похудел примерно на 12 килограммов. Мускулатура наращивается. Стал похож на крепкого мужчину. Начал правильно относиться к семье, родителям. Читает классическую литературу. Берет книги в армейской библиотеке.

- Прямо рай, а не казарма. А вы служили?

- Нет, но закончил военную кафедру в медицинском университете на Алтае. После пятого курса дал присягу, стал лейтенантом запаса.

- По профессии успели поработать?

- Да, после окончания института три года работал разъездным врачом на «скорой помощи» в Новосибирске. Заступал на дежурство, и сразу - вызов. Ночью приезжал и буквально за несколько секунд должен был оценить ситуацию и поставить диагноз. Первые полгода из-за любого визита к пациенту сильно переживал и всегда носил с собой справочник. Под рукой был и номер телефона лучшего врача из Новосибирска, к которому я обращался за консультациями. С 1974 года не практикую.

- Наше интервью подходит к концу. Что сделаете после того, как поставим в нем точку?

- Испеку блины с творогом! Люблю готовить! Если хотите последовать моему примеру, сделайте обычные блины. А для начинки возьмите пачку творога. Разбейте туда два желтка, тщательно разотрите, затем добавьте мелко порубленные зеленый лук, укроп и дольку чеснока. Посолите и тщательно перемешайте. Пальчики оближешь.