Хозяйка глины и огня

…Больше всего Татьяна любит лепить цветы. А еще старую Вологду. Жаль только, что вместе все ее керамические улочки и переулки никогда не собрать. Затея Чистяковой воплотить в обожженной глине и глазури очарование древнего города слишком многим пришлась по душе. Панно с изображениями старинных деревянных особнячков, которых не так уж много осталось в современном городе, поклонники искусства Чистяковой расхватывают едва ли не горячими из печи. Ее мастерскую впору назвать еще и клубом по призванию. Претендентки на статус воспитанниц и учениц у Чистяковой никогда не переводились. 

Дальние родственники и близкие знакомые приводят дочерей и внучек, надеясь, что добрая тетя Таня пробудит спящие таланты. Дамы средних и прочих лет приходят сами. Пальцы Чистяковой, обращающие комья глины в лепестки цветов, проявляющие в ней фигурки людей или птиц, порхают над столом с такой легкостью, что трудно удержаться от попытки самому сладить с послушным вроде бы материалом. У кого-то получается, у кого-то нет. Подруга Чистяковой, например, набила руку на изготовлении модных керамических ожерелий и сразу приобрела легкость походки, свойственную людям, уверенным в завтрашнем дне. Кого-то из учеников Чистяковой заносит в престижные художественные училища, и сегодня дело это уже привычное. 

Сама-то она поступила в питерскую Мухинку лишь со второго захода. Ни художников, ни гончаров в ее крестьянском роду, перебравшемся в город подальше от коллективизации, вроде бы не водилось. Только в ней вдруг проснулся продремавший тьму поколений ген и заставил заняться древним, как мир, ремеслом. За первыми педагогическими свершениями и успехами последовали многие прочие. Вместе с другими керамистами Чистякова создавала студию «Синяя птица». Для малышей, занимающихся в ней, открывается не только мир керамики, но и обычный, географический мир. Мыслимыми и немыслимыми усилиями Татьяна Александровна и ее коллеги добывают автобусы и устраивают своим подопечным знакомства с прославленными музеями России, возят их на выставки европейских сокровищ искусства в обеих столицах. Едва ли не каждый год ученики Чистяковой показывают на студийных выставках, чему научились. 

Мне особо запомнилась многими детскими руками выполненная композиция в честь 60-летия Победы. Студийцы вроде бы еще и малы, а суть темы поняли по-взрослому серьезно и по-детски трогательно... Уделом обожженной глины испокон веков было преображение в крынку, чашку, вазу. А Чистякова чуть ли не первой рискнула создавать рельефные керамические пейзажи и натюрморты, за которые мало кто в России брался. Оказалось, что в глине и людские трагедии ничуть не менее пронзительны, чем в камне или в бронзе. Одна из самых любимых работ художницы именуется «На росстани». Всего-то и дел – уезжает девушка из деревни, родня собралась на причале проводить в дорогу неблизкую. Однако в этом барельефе вся печаль, если не трагедия северных крестьян, дети и внуки которых безвозвратно покидали и покидают родные гнезда. 

Избранный Чистяковой материал хотя и тверд после печи, но все же и хрупок, а потому и каждая поездка ее творений на выставку сродни гаданию по ромашке – доедет, не доедет? Чаще, разумеется, все доезжает в целости и сохранности, но бывает всякое, и не только из-за дорожных неприятностей. Однажды предложили художнице поучаствовать в выставке не где-нибудь, а у самого мыса Доброй Надежды, что на юге Африки. Договор составили всеобъемлющий и включили в него пункт, согласно которому гонорар за проданные работы выплачивается только после покрытия всех расходов. На первый взгляд вроде бы все справедливо. Только вот панно Татьяны Александровны оказались единственными из представленных в экспозиции произведений, которые нашли в ЮАР ценителей, готовых не только поцокать языком, но и раскрыть кошелек. 

В итоге получилось, что она вынужденно профинансировала затею без малейшей компенсации своих трудов. Что поделаешь, если во все времена вокруг способных и умеющих творить вечно роятся те, кто горазд их творения воспринимать как собственный источник дохода. Как-то одна из вологодских турфирм надумала включить мастерскую Чистяковой в перечень городских достопримечательностей. Идея, к несчастью, не осуществилась, а жаль. Однажды, к слову говоря, в чистяковском дворике горько и долго рыдала юная американка. Рыжеволосая учительница из Лос-Анджелеса никак не могла расстаться с хозяйкой этой мастерской, постоянно повторяя, что так уютно и тепло ей даже в родной Калифорнии не будет. На этом их с американкой дороги и разошлись, но, как выяснилось, не навечно. Та же самая Холли поскучала-поскучала среди пальм и кинозвезд – и специально вновь приехала повидаться и посмотреть, как глина в руках Чистяковой обретает удивительные формы и очертания...