«Жар-птица» расправила крылья в Минске

Это уже третий дягилевский спектакль, который ставит Лиепа с белорусской труппой. Премьеры намечена на 3 октября.
    
Корреспондент «СВ» встретилась с автором проекта «Русские сезоны XXI века» Андрисом ЛИЕПОЙ.
    
– С белорусским театром у вас давние отношения. Еще в 80-х вы репетировали на его подмостках с балетмейстером Валентином Елизарьевым. Насколько изменился с тех пор Большой театр Беларуси?
    
– Безусловно, реконструкция театра стала переломным моментом в его истории. Приехав в театр, признаюсь, приятно был удивлен его новыми интерьерами и возможностями. Заходишь и сразу ощущаешь, что попал в храм искусства. Для меня большая удача на протяжении последних нескольких лет делать здесь и спектакли.
    
– С белорусской труппой вы уже ставили балеты «Тамар» и «Шахерезада». Почему сейчас выбор пал на «Жар-птицу»?
    
– Как-то в разговоре с гендиректором белорусского театра Владимиром Гридюшко и худруком балета Юрой Трояном возникла идея организовать вечер Игоря Стравинского. Предполагалось, что на сцене вместе будут идти «Жар-птица» и «Петрушка». Но так как в театре готовится еще одна премьера – постановка Нины Ананиашвили «Лауренсия», решили перенести «Петрушку» на следующий год. Так что полноценный вечер Стравинского из дягилевского репертуара мы еще сделаем. А спектаклем «Жар-птица» делаем первый шаг к реализации идеи, которую хотим осуществить.
    
– Реконструированная вами «Жар-птица» идет на разных сценах уже более 20 лет. Будет ли белорусский спектакль отличаться от существующих вариантов?
    
– Думаю,  наш балет будет самой красивой из всех существующих интерпретаций «Жар-птицы». Он с новыми костюмами и декорациями. Художники потрясающе воспроизвели живопись Александра Головина – кажется, что его эскизы обрели реальное воплощение. Наша работа – это исполнение желаний Михаила Фокина и Сергея Дягилева, мечтавших о том, чтобы спектакли из «Русских сезонов» вернулись домой. Все они были сделаны для Парижа, для мировых гастролей. В Россию никогда не возвращались. Белорусская и русская балетные школы очень близки. Поэтому все, что мы делаем, абсолютно естественно и органично и для минских артистов, и для минской публики.
    
Выкладывая в Интернет фото с репетиций, вижу реакцию пользователей сетей и понимаю, что зрители ждут этот спектакль. И взрослые, и дети. Взрослые увидят реконструированную сказку из «Русских сезонов», а дети – абсолютно детский спектакль. Мы с Юрием Антоновичем даже обсудили возможность показывать «Жар-птицу» в разное время суток: утром – для детей, а вечером – для взрослых.
    
– Главные партии в спектакле репетируют пять пар, ведь это редкость для театров?
    
– Вы правы, можно по пальцам пересчитать театры, где в одном спектакле задействовано столько солистов. Это Большой театр в Москве, Мариинский театр (там танцевали даже восемь пар) и минский. Не припомню, чтобы за 20 последних лет где-то было больше артистов. Я ставил спектакли «Русских сезонов» в Кремлевском балете, с лучшими европейскими труппами в Дрездене, Марселе, Флоренции, Риме – но там нет таких составов.  
    
– Вы говорите о высоком уровне белорусских артистов…
    
– Несомненно. Я давно с ними работаю и считаю такую возможность подарком для себя.
    
– Не хотели бы поставить с белорусской труппой современный балет? Или сейчас вы настроены только на реконструкцию спектаклей?
    
– В проекте «Русские сезоны XXI» у нас есть как совершенно идентичные спектакли вроде «Жар-птицы», «Шахерезады», «Половецких плясок», «Болеро», «Видения розы», так и современные постановки: «Синий Бог», «Павильон Армиды», «Клеопатра – Ида Рубинштейн». Собственно, спектакли, оригинальная хореография которых не сохранилась до наших дней, – это интерпретация современных хореографов – с костюмами, декорациями либо идеей ХХ века. Один из таких спектаклей – «Тамар» – уже поставлен в Минске.
    
– Сегодня спектакли не обходятся без современных технологий. А как к ним относитесь вы?
   
– Сам Дягилев всегда был готов к нововведениям. Он использовал все новинки, которые появлялись в театральном искусстве. Я стараюсь это учитывать. В «Жар-птице», например, мы максимально используем свет. Ведь в первых дягилевских постановках его не было вовсе – первый электрифицированный театр в Париже был открыт в 1903 году. Так что и «Жар-птица», и «Петрушка», и «Шахерезада» шли при обыкновенном газовом освещении или просто при свечах. Использование в постановке возможностей современного светового оформления сообщает другой уровень спектаклю.  
    
– Вы ставите балеты по всему миру, насколько комфортен для вас такой режим работы? Не устали от постоянных переездов?
    
– К цыганской жизни я привык с детства. В семье, где мама – актриса, а папа – танцовщик, по-другому и быть не могло. То, что происходит сейчас со мной и сестрой, – это продолжение жизненной линии родителей. Другой жизни у меня попросту нет. Владимир Машков в интервью как-то признался, что любит гостиницы, которые для него как родной дом. И мне подумалось, что  отношусь к гостиницам точно так же. В Минске люблю «Журавинку», всегда в ней останавливаюсь, к тому же она находится близко от театра.
    
– Каково при таком графике управлять «Кремлевским балетом», где вы недавно назначены на должность худрука и главного балетмейстера?
    
– Пока у нас в театре, скажем так, пересменка. Закончился отпускной период у труппы. Мой предшественник Андрей Петров готовит к сдаче спектакль «Волшебная флейта». С 18 сентября начнется Международный фестиваль балета в Кремле. Так что, работая в Минске, как это было запланировано в прошлом году, я ничего не пропускаю в Москве.
    
– А впредь станет меньше поездок, как вы думаете?
    
– Вряд ли. «Кремлевский балет» много гастролирует. В октябре начнется тур по России – поедем по 10 городам. В конце ноября запланирована поездка с «Лебединым озером» на Тайвань. С 10 декабря труппа на месяц уезжает в Китай. А в следующем году у нас будут Лондон, Париж, а еще, надеемся, Монако. Ведь следующий год объявлен Годом культуры России в Монако, а поскольку в свое время именно в Монте-Карло и была собрана первая зарубежная дягилевская труппа, надеемся показать там «Русские сезоны XXI». Может, покажем за рубежом и спектакли с артистами белорусского театра – они уже несколько раз участвовали в подобных гастролях. Год назад в нашем туре по России в «Тамар» танцевали белорусы Ольга Гайко и Денис Климук. А в «Шахерезаде» с Колей Цискаридзе и Юлей Махалиной принимал участие белорусский кордебалет. Главное, чтобы совпали наши графики, ведь белорусский балет также много гастролирует. Насколько мне известно, в этом сезоне артисты собираются в Австрию, Азербайджан, Германию, Испанию, Францию.   
    
– Андрис, вы как-то признались, что хотели бы написать книгу о балете. Не отказались еще от этой идеи?
    
– Не отказался. Нужно собраться и сесть за работу. Мне сейчас 52 года. Думаю, к 55-ти книга будет написана.