Колокола Хатыни звучат и в Элисте
Римма ХОНИНОВА, известный поэт, переводчик, литературовед, возглавляет кафедру русской и зарубежной литературы в Калмыцком университете
А еще она – дочь известного калмыцкого поэта Михаила Хонинова, которого в Беларуси помнят как отважного партизана Мишу Черного.
Наш кореспондент беседует с Риммой Михайловной о белорусско-калмыцких литературных связях и о месте малых народов в процессах геополитических преобразований.
- Видна ли из Элисты современная белорусская литература?
– У нас в республике две писательские организации, но, к сожалению, ни одна из них не поддерживает связей с белорусскими коллегами. Ранее же были персональные контакты – у Давида Кугультинова и Михаила Хонинова. В вузах раньше читали курс «Литература народов СССР», теперь – «Литература народов России». Но преподается он в сокращенном объеме, и скоро вообще, например в нашем университете, выйдет из дисциплин бакалавриата.
Раньше много белорусской литературы издавалось в переводах. До сих пор многие знают о творчестве Василя Быкова. Его произведения входили в программу «Истории русской литературы», как и проза Алеся Адамовича, Светланы Алексиевич. Прежний калмыцкий читатель знал классиков белорусской литературы – Я. Купалу, Я. Коласа, а также М. Танка, А. Кулешова, П. Бровку. В 60-е годы прошлого века калмыцкие писатели переводили этих авторов: выходили подборки в газетах и журнале «Теегин герл» («Свет в степи»), изредка это продолжалось и в 70-е годы. Так, из прозы был переведен рассказ В. Быкова «На озере». После этого наступил долгий перерыв, вызванный развалом СССР. Думаю, что это связано и с отсутствием контактов с коллегами.
– Ваш отец воевал в Беларуси. Насколько это повлияло на его творчество?
– Его юность пришлась на Отечественную войну. Он ушел в Красную армию в октябре 1939 года, войну встретил на Смоленщине, партизанил в Беларуси под именем Миши Черного, был командиром роты. Война для него закончилась в августе 1944 года, когда его как калмыка демобилизовали - в связи со сталинскими репрессиями: 13 лет сибирской ссылки. Литературный путь моего отца начался в середине 30-х годов, но как писателя его, конечно, сформировала война. Он принадлежит к так называемой «лейтенантской» литературе. Михаил Матусовский назвал его «калмыцким Денисом Давыдовым». В калмыцкой литературе он единственный поэт-партизан. Отец называл Беларусь второй родиной, посвятил ей многие страницы своей прозы, публицистики, поэзии. Первая его поездка после реабилитации калмыцкого народа состоялась в Беларусь, на Могилевщину и Минщину, где он воевал. Он часто встречался со своими боевыми братьями.
– С кем из белорусских поэтов и прозаиков дружил Михаил Хонинов?
– Петруся Бровку отец считал своим крестным отцом: он писал предисловия к его книгам на русском и белорусском языках. Дружил с Максимом Танком, Василем Быковым, Иваном Шамякиным, Алексеем Пысиным, Рыгором Бородулиным, Петром Шестериковым, Анатолем Гречаниковым, Антоном Белевичем, Миколой Ткачевым. В нашей семейной библиотеке сохранились книги с автографами, переписка. Многим из них отец посвятил стихи. С детства мы росли, читая белорусскую классику и современную литературу. Есть у нас и книга воспоминаний скульптора Заира Азгура, который сделал отцовский бюст. К сожалению, до сих пор у нас нет фотографии этой работы, которая очень понравилась отцу.
– Как родилась идея создания Михаилом Хониновым поэмы о Хатыни?
– Отец партизанил в тех местах, был знаком с жителями этой белорусской деревни, сожженной фашистами. Зимой 1975 года он принимал участие во Всесоюзном совещании писателей и критиков в Минске, посвященном 30-летию Великой Победы. Участники совещания посетили Хатынский мемориал. Тогда же отец побывал во Вьетнаме, он знал о вьетнамской деревне Сонгми и о чешской деревне Лидице. Хотел написать триптих. Поэма «Колокола Хатыни» переведена московским поэтом Александром Николаевым, с которым отец дружил. Их сближало и военное прошлое: тот тоже воевал в Беларуси.
– Какие произведения белорусов вам нравятся?
– Мне интересна белорусская классика, в частности проза Василя Быкова. Хотелось бы возобновить творческие и дружеские контакты, которые были у старшего поколения. Такую работу мы уже начали. Перевели с Эрдни Эльдышевым на калмыцкий язык стихотворение Франциска Скорины. Мечтаю увидеть новую книгу отца на белорусском языке, куда вошли бы произведения, посвященные его второй родине. Была у него и крестная белорусская мать Прасковья Андреевна Вилиткевич, спасшая его возле своей деревни Местино, она свела его с партизанами. Ей он посвятил стихотворение «Мать с Березины».
Недавно я подарила библиотекам в Минске, Могилеве и Березине отцовские книги и книги о нем. Отец – почетный гражданин города Березино, здесь и в Кличеве есть улицы имени Михаила Хонинова. Это залог памяти, скрепленной общей кровью. Надеюсь, что наша дружба, прошедшая через суровые испытания, выдержит проверку и сегодня. Нам есть о чем рассказать друг другу.
Элиста – Минск
Наш кореспондент беседует с Риммой Михайловной о белорусско-калмыцких литературных связях и о месте малых народов в процессах геополитических преобразований.
- Видна ли из Элисты современная белорусская литература?
– У нас в республике две писательские организации, но, к сожалению, ни одна из них не поддерживает связей с белорусскими коллегами. Ранее же были персональные контакты – у Давида Кугультинова и Михаила Хонинова. В вузах раньше читали курс «Литература народов СССР», теперь – «Литература народов России». Но преподается он в сокращенном объеме, и скоро вообще, например в нашем университете, выйдет из дисциплин бакалавриата.
Раньше много белорусской литературы издавалось в переводах. До сих пор многие знают о творчестве Василя Быкова. Его произведения входили в программу «Истории русской литературы», как и проза Алеся Адамовича, Светланы Алексиевич. Прежний калмыцкий читатель знал классиков белорусской литературы – Я. Купалу, Я. Коласа, а также М. Танка, А. Кулешова, П. Бровку. В 60-е годы прошлого века калмыцкие писатели переводили этих авторов: выходили подборки в газетах и журнале «Теегин герл» («Свет в степи»), изредка это продолжалось и в 70-е годы. Так, из прозы был переведен рассказ В. Быкова «На озере». После этого наступил долгий перерыв, вызванный развалом СССР. Думаю, что это связано и с отсутствием контактов с коллегами.
– Ваш отец воевал в Беларуси. Насколько это повлияло на его творчество?
– Его юность пришлась на Отечественную войну. Он ушел в Красную армию в октябре 1939 года, войну встретил на Смоленщине, партизанил в Беларуси под именем Миши Черного, был командиром роты. Война для него закончилась в августе 1944 года, когда его как калмыка демобилизовали - в связи со сталинскими репрессиями: 13 лет сибирской ссылки. Литературный путь моего отца начался в середине 30-х годов, но как писателя его, конечно, сформировала война. Он принадлежит к так называемой «лейтенантской» литературе. Михаил Матусовский назвал его «калмыцким Денисом Давыдовым». В калмыцкой литературе он единственный поэт-партизан. Отец называл Беларусь второй родиной, посвятил ей многие страницы своей прозы, публицистики, поэзии. Первая его поездка после реабилитации калмыцкого народа состоялась в Беларусь, на Могилевщину и Минщину, где он воевал. Он часто встречался со своими боевыми братьями.
– С кем из белорусских поэтов и прозаиков дружил Михаил Хонинов?
– Петруся Бровку отец считал своим крестным отцом: он писал предисловия к его книгам на русском и белорусском языках. Дружил с Максимом Танком, Василем Быковым, Иваном Шамякиным, Алексеем Пысиным, Рыгором Бородулиным, Петром Шестериковым, Анатолем Гречаниковым, Антоном Белевичем, Миколой Ткачевым. В нашей семейной библиотеке сохранились книги с автографами, переписка. Многим из них отец посвятил стихи. С детства мы росли, читая белорусскую классику и современную литературу. Есть у нас и книга воспоминаний скульптора Заира Азгура, который сделал отцовский бюст. К сожалению, до сих пор у нас нет фотографии этой работы, которая очень понравилась отцу.
– Как родилась идея создания Михаилом Хониновым поэмы о Хатыни?
– Отец партизанил в тех местах, был знаком с жителями этой белорусской деревни, сожженной фашистами. Зимой 1975 года он принимал участие во Всесоюзном совещании писателей и критиков в Минске, посвященном 30-летию Великой Победы. Участники совещания посетили Хатынский мемориал. Тогда же отец побывал во Вьетнаме, он знал о вьетнамской деревне Сонгми и о чешской деревне Лидице. Хотел написать триптих. Поэма «Колокола Хатыни» переведена московским поэтом Александром Николаевым, с которым отец дружил. Их сближало и военное прошлое: тот тоже воевал в Беларуси.
– Какие произведения белорусов вам нравятся?
– Мне интересна белорусская классика, в частности проза Василя Быкова. Хотелось бы возобновить творческие и дружеские контакты, которые были у старшего поколения. Такую работу мы уже начали. Перевели с Эрдни Эльдышевым на калмыцкий язык стихотворение Франциска Скорины. Мечтаю увидеть новую книгу отца на белорусском языке, куда вошли бы произведения, посвященные его второй родине. Была у него и крестная белорусская мать Прасковья Андреевна Вилиткевич, спасшая его возле своей деревни Местино, она свела его с партизанами. Ей он посвятил стихотворение «Мать с Березины».
Недавно я подарила библиотекам в Минске, Могилеве и Березине отцовские книги и книги о нем. Отец – почетный гражданин города Березино, здесь и в Кличеве есть улицы имени Михаила Хонинова. Это залог памяти, скрепленной общей кровью. Надеюсь, что наша дружба, прошедшая через суровые испытания, выдержит проверку и сегодня. Нам есть о чем рассказать друг другу.
Элиста – Минск
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
