Сергей ЕСИН: Литература – базовое искусство

– Задумывая этот фестиваль, мы исходили из того, что литература – базовое искусство, на котором держится в том числе и кино. Прежде только литература могла описать то, что сейчас способны описать, скажем, фотография и телевидение, но литература описывала происходящее не буквалистски, она оставляла лакуны для читательского домысливания. И несмотря на то что с течением времени кино отпочковалось от литературы, как, собственно, и от театра, и от изобразительного искусства, и стало создавать собственное представление о самом себе, факт остался фактом: литература – основа кино. 

– Вопрос сложный, для специалиста. А контакт как раз есть, но дело в том, что сейчас мы пользуемся литературой другого сорта. С начала перестройки  прошло более 20 лет,  назовите хотя бы одно литературное произведение, которое прочитала вся страна. А раньше так было – значительное произведение прочитывала интеллигенция, а потом неловко было не прочитать остальным. Большая литература существует и сегодня, вот я каждый год сижу в жюри Международной литературной премии «Москва – Пенне» и могу назвать несколько блестящих произведений, которые вышли в прошлом году. Роман петербургского писателя Валерия Попова «Плясать до смерти» – о дочери, прекрасная повесть «Мальчики под шаром» Фарида Нагима, окончившего Литинститут, роман израильского писателя Давида Маркиша, пишущего на русском языке, «Тубплиер» – о туберкулезном санатории советских времен, блестящий роман Юрия Буйды «Синяя кровь». Это настоящая литература, не хуже той, что выходила в советское время. На «Большой книге» и «Букере» тоже бывают неплохие вещи. 

– Могу назвать авторов, которых не читаю: например, читаю Улицкую, но не читаю Акунина, никогда не читаю Донцову, перестал читать Маринину, хотя лет 15-20 назад она была интересным писателем. Блестяще начинал Быков, правда, каждый его роман я дочитывал ровно до половины. Также было у меня со знаменитым романом «Дети Арбата», когда я взялся спустя время, читать его во второй раз. Встречаются блестящие вещи в нашей литературе, которые можно обозначить – «ЖЗЛ», очень здорово Павел Басинский написал о Толстом. В Петербурге есть несколько блестящих писателей – Павел Крусанов с его «Укусом ангела», очень нравится мне молодой писатель Андрей Аствацатуров, который, как и я, любит писать автобиографии, а еще – Дмитрий Орехов, который написал роман «Будда из Бенареса». И не забывайте, что сейчас в России действует один из самых крупных писателей – Эдуард Лимонов, пишущий в своеобразном жанре. 

– Да, над вымыслом перестают обливаться слезами, ему перестают доверять, и литература все чаще маскируется под документалистику. Но это не значит, что она стала документальной. Например, я пишу дневники, в которых даю свое понимание политики, литературы, событий сегодняшнего дня, у меня много цитат. Часто пишу о вещах, которые быстро уходят, о скандалах, пишу о том, что меня волнует, о чувстве справедливости и социальном неравенстве. По натуре я социалист и считаю, что мир движется к социализации, а не к капитализации. Сначала это был просто «Дневник», печатать я его не собирался, но когда увидел на компьютере выведенные несколько глав, понял, что это готовый текст. И напечатал его в «Нашем современнике». Потом написал «Дневник ректора». А сейчас вышел «Дневник Не-ректора» – о том, какой веер предательств, другого отношения и других слов, переоценки людей начинаете вы встречать, когда перестаете быть большим начальником. Дневники мои стали выходить во многих журналах, и я не одну премию получил за них. 

– Признаюсь, я думал, что этот персонаж вместе с книгой довольно быстро свернет свой смысл, но идеи имитаторства прочно овладели обществом. Люди сейчас имитируют все – труд, работу, политическую деятельность, гуманность, кино, искусство, любовь… Думаете, почему так много разводов, все не так просто, и в этом смысле я расстроен тем, что «Имитатор», в свое время как явление литературы указавший на процесс, существует в жизни. 

– Писал я один раз, роман несколько раз переиздавался. Ленин как писатель интересовал меня с университетских времен, я мечтал написать диплом о роли юмора в системе доказательств Владимира Ильича Ленина. А вот когда Ленин стал самой затравленной политической фигурой в России, одно издательство предложило мне написать о нем роман. Роман вышел, и разошелся мгновенно. Сейчас вышло 2-е издание, расходится также хорошо. Объясняю это тем, что в романе я попытался восстановить справедливость. 

– Вас волнует нравственное состояние общества? 

– Общество не может жить без идеалов. Рубль – не идеал, богатство – тоже не идеал, причем мы все наблюдаем, что богатство требует потери нравственных критериев. Вот недавно много говорили про Березовского – и то, и другое, и третье, только забыли сказать, что он – вор. Или сообщают про Полонского, вышедшего из камбоджийской тюрьмы, а в этот момент женский голос по радио произносит: «Что вышел – хорошо, отдал бы он еще дольщикам те деньги, которые взял на строительство квартир». 

– Татьяна Доронина – одна из тех великих русских актрис, которые обладают огромным внутренним магнетизмом. Ей ниспослан Дар, но не думайте, что она им как хочет, так и пользуется. Однажды я сидел на вечеринке в театре и узнал, что Татьяна Васильевна собирается играть с Зельдиным «Дядюшкин сон», и вдруг этого спектакля не случается. Он случается с этим артистом в другом театре. Годы спустя я спросил Доронину: «Татьяна Васильевна, а почему не получился тогда спектакль с Зельдиным?» Она ответила: «А я не знала, что я понесу в этот момент зрителям». Чувствуете, какая ответственность? Талант, который не ходит рядом с ответственностью, – это пустой талант.