Лариса ДОЛИНА: Песня – тот же театральный монолог

– Люблю открывать новые таланты, поэтому сразу согласилась быть председателем жюри, – сказала народная артистка России на пресс-конференции, предварявшей конкурс. 

– Судить буду строго, но справедливо. Я знаю, что такое экзамен, конкурс, сама проходила через это не раз. 

Тут главное – не победа. Сколько случаев, когда люди занимали первые места, а потом исчезали из виду, а те, кто был вторым или третьим, становились звездами. – Почему голос для артиста эстрадного жанра вы не считаете главным его качеством? – Это в опере голос главное, а на эстраде, увы, нет. Хотелось бы, чтобы все голоса были идеальными, но так не бывает. Вы знаете немало примеров, когда на сцену выходит «безголосый» певец, но у него такая мощная энергетика, что зритель замирает. 

Так что в нашем жанре голос – не самое важное, здесь важны харизма, умение донести смысл песни, актерское мастерство. Я бы уже в музыкальном училище преподавала детям актерское мастерство, потому что песня – это тот же театральный монолог. 

Когда ты просто правильно поешь по нотам – это неинтересно, а если пропускаешь через себя то, что хочешь сказать слушателю, твое исполнение коснется сердец зрителей. 

 – Помогала и по сей день помогает. Я выросла в Одессе и, как и коренные одесситы, с молоком матери впитала оптимизм и постоянный интерес к жизни. И мои бойцовские качества тоже родом из Одессы. Вы не увидите одесситов плачущими, они смеются даже над бедой. Так и я – стою, не падаю. 

– В мюзикле Максима Дунаевского вы сыграли Мату Хари, у вас есть что-то общее с этой героиней? 

 – Да, есть. По крайней мере, сила духа, желание жить и умение любить. А вот хитрости, которой она обладала, у меня, к сожалению, нет. А может, и к счастью. – Российские поп-звезды часто сетуют, что не получается карьера на Западе. Вы прекрасно исполняете джаз, а он интернационален. Не было желания стать второй Эллой Фицджеральд? 

– В Америке много талантливых певиц и певцов. Зачем мне быть там 2015-й? 

- В России я занимаю свое, совершенно определенное место, и хотя мои родственники, которые переехали в Штаты, не раз звали меня туда, я прекрасно понимала, что моя карьера должна состояться на родине. Но вы затронули важную для меня тему – буквально на днях я подписала контракт и буду играть маму Мортон в мюзикле «Чикаго» на Бродвее. 

Думаю, это – событие, и не только для меня, потому что никогда на Бродвее русские певцы не играли в мюзиклах. Мне, конечно, хотелось бы сейчас вернуться лет на 20 назад, но я рада, что это состоялось хотя бы сегодня. 

– «Погода в доме» попала ко мне в руки очень кстати, в нужный момент, касающийся моей личной жизни, и я полюбила ее с первой ноты. Такие песни живут долго. Шестнадцать лет без нее не обходится ни одно мое выступление, и если публика чувствует, что я собираюсь уйти без нее, мне кричат из зала: «Погода, погода!».

Я никогда не стану петь песен, к которым отношусь предвзято, иначе это будет фарс и обман с моей стороны. 

– Сейчас молодому артисту совершенно необходим продюсер, который будет разбираться в музыке, ориентироваться на музыкальном рынке, знать данные своего подопечного, а главное – любить его. Артиста надо любить. 

К сожалению, у нас не все продюсеры даже уважают своих подопечных. Сегодня, когда слушаешь наши радиостанции и телеканалы, иногда волосы дыбом встают от той музыки, которая навязывается людям. Это настоящее зомбирование. Мечтаю, чтобы настало время, когда артист будет вести за собой публику, заставлять ее образовываться и эволюционировать. 

– Было тяжело, потому что в то время я была беременна, на шестом месяце, а мне надо было ходить по высоким лестницам на каблуках... Карен Шахназаров каждый день под расписку забирал меня из роддома, где я лежала на сохранении. Но настроение у меня, конечно, было прекрасное, там были замечательные артисты! Просто даже глядя на игру Щербакова, можно было многому научиться. 

– Я всегда недовольна. Мне все время хочется что-то переснять, перепеть, перезаписать. Но надо доверять людям, которые тебя уважают и говорят, что все сделано хорошо. Иначе я одну пластинку писала бы лет 30. 

– Она просто сделала меня моложе лет на 20, у меня такое ощущение, что я ее родила. Это такое счастье! К сожалению, не получается с ней бывать часто, но засыпает она под мои колыбельные, и думаю, когда Саше исполнится три года, я начну брать ее на гастроли, как когда-то свою дочь.

– Все очень просто. Надо любить себя и любить жизнь! Тогда появится блеск в глазах, желание что-то делать, а значит, и работать над собой будет легко. 

Люди сейчас меркантильны, забыли о душе, сердце. Надо широко открыть глаза и увидеть мир и людей вокруг. Как только я это сделала, поняла, что могу все.