«Ох, гармонь моя, гармонь…»

Михаил Иванович – создатель и хранитель этого музея. В его коллекции 75 язычковых музыкальных инструментов: гармони, баяны, аккордеоны… Ими заставлены все стеллажи небольшой комнаты.

– Родился я на Могилевщине, в деревне. Гармошку полюбил с семи лет. В нашей семье ее не было, зато у соседа, жившего через дорогу, было аж три – хромка, тальянка и тульская. Я, бывало, приду к ним вечерком, сяду тихо в уголок и с наслаждением слушаю переборы, любуюсь тем, как пальцы бегают по белым кнопочкам.

       

Мой отец, будучи пастухом, искусно музицировал на скрипке, а у меня, подпаска, была немецкая трофейная блок-флейта. Пасли коров и забавлялись. Девчонки, мои ровесницы, проходя мимо, шутливо пели: «Пастушок, пастушок, поиграй для нас в рожок». И я старался. Мама и сестры умели хорошо петь. Так что я рос в музыкальной среде…

– Летом 1955 года двоюродный брат Григорий из подмосковного Можайска привез мне новенькую гармонь. Я ликовал от счастья! Голосистая трехрядка, с цельнолатунными планками, сделанная по заказу лучшими кировскими мастерами. Казалось, растяни меха – сама запоет!

        

Восьмиклассником я уже неплохо исполнял народные песни и танцы, играл в сельском клубе. Не расставался с гармошкой до призыва в армию. Она мне даже снилась в казарме. А потом повезло: в учебной роте на станции Удельная под Москвой, где я начинал службу после окончания Витебского электротехникума связи, в каптерке оказался никому не нужный баян. Так я с гармони «пересел» на баян. Это все равно, что с «Оки» на «Мерседес».

       

Потом, служа за границей в польском городе Легница, играл строевые песни и марши, любимый солдатский репертуар. И многие не верили, что я самоучка. 

       

– Как истинный славянин, я обожаю русский и белорусский фольклор, казачьи мелодии, с удовольствием играю песни 50-90-х годов. И, конечно, у людей моего поколения всегда на слуху фронтовые песни и послевоенных лет, героико-патриотические и лирические: «Три танкиста», «Землянка», «В лесу прифронтовом», «Мы парни бравые», «Несокрушимая и легендарная»… Бурю трепетных чувств вызывают во мне песни в исполнении Лидии Руслановой, Клавдии Шульженко, Людмилы Зыкиной, Владимира Трошина, Бориса Штоколова, Георга Отса.  Это была плеяда действительно очень ярких талантов.

       

– Я могу вспомнить и своего родного дядю Гришу, который погиб в 1942 году на Карельском фронте. Его друг и земляк, вернувшийся домой калекой, поведал вдове Марии такую историю. Группа пехотинцев разместилась в тесной землянке. Завтра на рассвете идти в бой. В голове каждого – тревожная мысль: выживу или погибну? И вдруг все услышали бодрящую мелодию, сыгранную Григорием на откуда-то взявшейся гармони. Лица бойцов просветлели, на душе полегчало. И никто не мог представить, что через считаные часы осиротеет гармонь и осиротеют дети гармониста.

       

– Умельцы из города Молодечно до 2007 года выпускали гармонь «Беларусь». По звучанию она близка к баяну – объемные «легкие», состоит из более двух тысяч деталей. Поэтому не каждому мастеру дано быть настройщиком гармони. Лучшим мастером и чародеем настройки на Молодечненской фабрике был Михаил Петрович Гайдукевич.

       

– Рассказываю и показываю. Они приходят в музей как экскурсиями, так и поодиночке, причем с разных кафедр: хореографии, прикладного искусства, этнографии и фольклора. Особый интерес, естественно, проявляют студенты музыкального факультета. Я там семь лет преподавал гармонь как дополнительный фольклорный инструмент на кафедре народно-инструментального творчества. Посетителям музея всегда даю совет: «Если у вас плохое настроение – не унывайте, а растяните мехи гармони и погрузитесь в чарующий мир звуков».