Сказка про елочку

Собственно, весь 2012 год пройдет под этим знаком, потому что первый отечественный мультфильм «Прекрасная Люканида» был снят Владиславом Старевичем в 1912 году. Просмотрев всю обойму выпущенной российской продукции и несколько фильмов из Беларуси, можно делать выводы, куда же мы плывем.

Лучшим фильмом минувшего мультстолетия в Суздале признали работу Эдуарда Назарова 1982 года «Жил-был пес». Еще до фестиваля было проведено анкетирование среди сотни людей, работающих в сфере анимации. Они назвали 600 своих фаворитов, а уж потом определилась «золотая сотня», в которую вошли и другие работы Эдуарда Назарова, а также картины Юрия Норштейна, Федора Хитрука, Александра Петрова, Романа Качанова, Ивана Иванова-Вано. Что же касается кино, сделанного в 2011 году, то наши мастера, как сговорившись, снимали картины о родителях. Многие из них выдержаны в стиле ретро, графичны, лишены кричащих оттенков. Это «Сизый голубочек» Екатерины Соколовой – о жизни, которая неумолимо мчится, как скорый поезд; «Мать и сын» Андрея Ушакова – о старухе-матери, одиноко доживающей свой век в заброшенной деревушке; ностальгический  «Заснеженный всадник» Алексея Туркуса, посвященный отцу режиссера и отмеченный Гран-при. Сюда же можно отнести «Девочку и бабушку» Дмитрия Лазарева – о расколовшейся семье ветерана Великой Отечественной войны, не смирившегося с замужеством дочери и ее отъездом в Германию.
Несмотря на все трудности ситуации, продемонстрировали глубокий взгляд на мир и хорошую выучку молодые режиссеры. «Умба-Умба» Константина Бриллиантова, основанная на песне группы «Гражданская оборона» «Стачка шахтеров в Кузбассе», посвящена шахтерам, ежедневно подвергающим свою жизнь испытанию. Используются скупые, минималистские  изобразительные средства, а возникает яркая и метафорическая картина мира. Многие работы отличал отменный вкус, чего не скажешь о многочисленных аляповатых сериалах, беда которых – плохие сценарии.
Мультипликаторы проявляют изобретательность. Скажем, награду за «Лучшее изображение» получила совсем молодой режиссер Наталья Мирзоян, сотворившая фильм «Чинти» из разных сортов чая. Из него созданы все персонажи, включая муравья и даже Тадж-Махал, который он выстраивает, вдохновившись его красотой на открытке. Кто-то работает в кофейной технике, а белорусский режиссер Михаил Тумеля предпочитает в качестве материала песок. Необычность картинки в фильме студентки ВГИКа Дины Великовской «Мой странный дедушка» достигается за счет использования фактуры, напоминающей слюду, которая делает море на экране мерцающим. Студентам трудно. Они изучают бесценные труды классиков Федора Хитрука и Юрия Норштейна, но не имеют современных учебников по технике анимации. Приходится выискивать что-то полезное на зарубежных сайтах. В киновузах нет отделений драматургии анимации, мультипликационной звукорежиссуры. Может, поэтому наиболее продвинутые студии все чаще отказываются от работы с русскими специалистами и приглашают американцев.
Картин для детей по-прежнему снимается мало. Творцы чаще всего следуют своему причудливому видению, не беря во внимание аудиторию. Особенно не хватает фильмов для детей младше пяти лет. Поэтому с такой радостью в Суздале встретили картины «Ягодный пирог» Елены Черновой и «Сказку про елочку» Марии Муат. Белорусская анимация, продолжающая лучшие советские традиции и представленная киностудией «Беларусьфильм», тоже  приятно порадовала добротным уровнем фильмов для детей. «Сороконожка» Татьяны Кублицкой ориентирована на дошкольников и рассказывает о симпатичной сороконожке, потерявшей часть своих конечностей. Но стоило ей подучиться, как пропавшие было ножки нашлись. «Курочка Ряба» Владимира Петкевича напомнила историю про золотую рыбку, исполнявшую желания ненасытной старухи. Ее приятно смотреть – живые персонажи, теплое пространство кадра. «Дед» Александра Ленкина – о стариках, считавшихся обузой, пока один из них не доказал, что и пожилые люди на что-то годятся. При этом ничего нравоучительного в этой шестиминутной картине нет. Она веселая, понятная и, что ценно, основана на фольклоре. Во всех белорусских работах нет ничего лишнего, в том числе и пустой эксплуатации времени. Были фильмы, заставлявшие зрителей томиться от скуки. В анимации отсчет времени совсем другой. Не зря российский режиссер Иван Максимов призывал не снимать фильмов протяженностью больше 5 минут. Обратил он внимание и на другую тенденцию: «Постоянно приходится слышать – «Надо работать на зрителя». А надо работать для него. «На» в данном случае означает «чего изволите?».
На одном из собраний по поводу будущего российской мультипликации Юрий Норштейн отчаянно говорил о том, что сегодня в анимационном сообществе бытуют возмущающие его слова «самовыражение» и «самодостаточность». Все рассыпаны, каждая студия существует само по себе. Публикация открытого письма о критическом положении в отрасли, адресованного руководителям страны, показала, что анимационного сообщества нет. Ведь тогда писали, что Норштейн, Назаров, Хржановский и Шварцман хотят распилить бюджет. «Мы находимся, словно в центре круга, где лежат деньги. Кто первый добежит, тот и победит. Надо, чтобы этой гадости не было. Мы в одиночку не выживем, подохнем. Наши фильмы падают, как в котлован, и никому, кроме нас, не нужны», – говорил коллегам Юрий Норштейн. Деньги государством выделены, а грамотного плана их освоения нет. Аниматорам предстоит продумать перспективу, чтобы не погибнуть.

Светлана ХОХРЯКОВА
Суздаль – Москва