Жизнь, музыка, драйв

– А у Вихрева спрашивал?
– А кто это?
– Тот, у которого есть все, – загадочно отвечает приятель и предлагает организовать встречу.
Частный сектор Минска в районе улицы Максима Богдановича. Небольшой, еще не полностью достроенный дом. У ворот встречает веселый спортивный парень в модной куртке с капюшоном и приглашает в дом:
– Чай я уже заварил.
Дом внутри, как и снаружи, тоже еще не доделан, вернее, не до конца отделан. Но уже с порога слышна музыка. Знакомимся.
«Жалко, сына сейчас нет, а то за столом оказалось бы сразу три Андрея», – досадует хозяин. Он откидывает капюшон, а я с удивлением отмечаю: «Вот тебе и парень! Взрослый мужик. Наверное, мой ровесник, но зато в какой форме!» И, признаюсь, по-доброму завидую ему.
Разговор сразу перешел на музыку.
– Я многое слушаю: часть потому, что нравится, часть потому, что просто интересно. Пошли наверх, там  все сможешь услышать и увидеть сам, – предлагает хозяин.
По узкой деревянной лестнице поднимаемся на второй этаж. В первой комнате вообще нет мебели, сплошные стеллажи, коробки и ящики с дисками да узкие проходы между ними. Настоящее хранилище, от которого, признаюсь, у меня как меломана даже дух захватило.  Приглядываюсь – вот весь Deep Purple, а вон Pink Floyd, Led Zeppelin, Santana, вот какие-то вовсе не известные мне исполнители. Тут же и «Песняры», и Кузьмин, и «Машина Времени». Отдельно – огромные полки концертов и программ на DVD. Тысячи дисков. Хочется посмотреть и потрогать все, но Андрей меня подталкивает:
– Не тормози, пошли дальше.
Проходим в другую комнату, которая намного больше предыдущей. В ней такое же не поддающееся счету количество стеллажей и коробок с дисками, но зато тут уже есть диван, великолепная аппаратура, огромный телевизор. Можно присесть и оглянуться.
– Так сколько же у тебя дисков?! – не выдерживаю, чтобы не задать главный вопрос.
– Уже и сам не знаю. Три года назад было около 5,5 тысячи музыкальных CD и DVD, плюс пара тысяч с фильмами. С тех пор добавилось много новых, но я их больше не пересчитывал.
– Так ты музыкант?
– С рождения. С музыкой связана вся семья, за исключением отца. Мама всю жизнь преподает, старшие брат и сестра занимались музыкой с самого детства, сейчас тоже преподаватели. Понятно, что и я не мог остаться в стороне.
Прошу Андрея рассказать о себе подробнее.
– Сейчас, подожди, включу классный концерт, уверен, тебе понравится. Мало кому известные музыканты, не растиражированы еще, но зато как играют! – предлагает собеседник, и продолжает: – Мое музыкальное образование начиналось со школы при белорусской консерватории. В десятом классе перевелся в музыкальное училище на эстрадное отделение. Мой выпуск был самым первым, кстати, всего 3 человека. После училища – филармония, пианистом-клавишником в сборных коллективах гастролировал  по всему Советскому Союзу. Потом меня пригласил в свой ансамбль Виктор Лукьянович Вуячич. Потом армия. Вернулся в Минск. Опять филармония, созданная при ней рок-группа «Форпост».
Забыл сказать, что в армию я уходил женатым человеком, у которого к тому времени уже родился сын. Конец 80-х – начало 90-х: работы много, а денег – увы. А семью-то кормить надо. Пришлось уйти на вольные хлеба.     Играл в клубах, ресторанах, на свадьбах. Было тяжело, но потом повезло: приятель из Москвы пригласил на работу.
Все это вместе и позволило пополнять коллекцию, сбором которой увлекся в младших классах вместе со старшим братом. Сначала собирали бобины с лентами, потом кассеты. В советское время это было непросто. Но школьнику и студенту по сравнению со взрослым человеком было проще: пришел с занятий, мама покормила, а дальше делай что хочешь. А когда есть своя семья, сын маленький, зарплата мизерная? Тут не до собирательства. Так что в Москве с появлением денег и времени у меня появилась возможность пополнять коллекцию.
Подчеркну, что коллекцию от груды предметов отличают единство темы, уникальность, а также наличие раритетов. Но кроме увлеченности коллекционеру нужно большое количество свободного времени и немалые  деньги. В моем случае – еще и свободная площадь. Раньше мы жили в небольшой двухкомнатной квартире. Можешь там представить всю мою аппаратуру, фонотеку и видеотеку?
Я сознательно называю свое собрание фонотекой, потому как собирал все, что было мне интересно. Что касается ее цены, то с моей коллекцией произошло то же, что и с библиотеками в начале 90-х. Люди их собирали,  будучи уверенными, что в случае чего их можно продать за большие деньги, даже обменять на машину или квартиру. Иметь хорошие, большие библиотеки было престижно. Но тут грянули 90-е. Печатай и публикуй что хочешь. И в Интернете можно найти практически все. Книги не потеряли своей ценности, но материальная стоимость библиотек рухнула. Так и цена моей фонотеки, конечно, упала. Правда, для меня она от этого не стала менее ценной.
– А в чем эта ценность для тебя самого?
– Это моя жизнь. Мне кажется, что какие-то мелодии я слышу даже во сне. Ведь музыка со мной везде и всегда. Для любого настроения, времени года, дня или ночи я могу выбрать такую музыку, которая обострит или успокоит мое внутреннее состояние, всегда его дополнит. В отличие от кино, которое нужно смотреть не отрываясь, под музыку можно работать, отдыхать, вести машину, заниматься любовью. Чтобы взбодриться, можно включить рок, в романтическом настроении – джаз. Человека даже хоронят под музыку.
Искать что-то новое в кино, музыке, прослушивать и пересматривать старое, сравнивать – для меня необходимость. Это постоянный драйв, без которого я жить не могу. Каждый день, хоть по минимуму, но тренируюсь, хожу пешком по 8-10 км. Не пью, не курю, не употребляю кофе. Все эти стимуляторы мне заменили искусство, музыка и кино. Они не позволяют мне залежаться. Я постоянно в поиске новых звуков, мелодий, исполнителей, актеров, режиссеров. А дисков так много потому, что порой на целый альбом бывает только одна по-настоящему хорошая композиция.
– А как твоя жена относится к твоим увлечениям, не устала?
– Надеюсь, что нет. Если бы я был ей неинтересен такой, какой есть, не были бы мы столько лет вместе. Кстати, возьми Бэнсона, которого ты искал. Предупреждаю: даю на время, пока своего не купишь, а может, я тебе в этом помогу. Кстати, насчет драйва. Идем, кое-что еще тебе покажу.
…Мы спускаемся, идем во двор к гаражу. «Неужели и там тоже диски?» – ошарашенно думаю я. Андрей открывает ворота, и – новый шок. Вижу потрясающей красоты спортивный «Ягуар», за ним три мотоцикла. Он заводит один из них, и я слышу громкое страшное рычание разбуженного зверя.
А хозяин радостно спрашивает:
– Ведь это тоже музыка? Разве нет?

Андрей РУБИН