В едином строю – солдаты и маршалы

Фото: Сергей ЛОСКУТОВ/РИА Новости

ВЕРХОМ НА САМОХОДКЕ

Дату – 24 июня 1945 года – назначил Сталин еще в середине мая на торжественном обеде в Кремле.

- И вот еще что, продолжил тогда Верховный, на парад надо вынести гитлеровские знамена и с позором повергнуть их к ногам победителей, - вспоминал позже тогдашний начальник Оперативного управления Генштаба, генерал-армии Сергей Штеменко.

Говорят, будто Сталин сам собирался командовать парадом, но на тренировке не смог залезть на лошадь. Скорее всего, это байка. За полтора года до этого в Кремле показывали новые тяжелые самоходные установки ИСУ-152. Оттолкнув адъютантов, Сталин ухватился за поручень на рубке, ловко взобрался на моторный отсек и оттуда с любопытством заглянул в открытый люк, поглядеть как все устроено в боевом отделении. Оседлать самоходку было, пожалуй, потруднее, чем лошадь, тем более ему, горцу, воевавшему еще в Гражданскую.

- Принимать парад будет Жуков, а командовать - Рокоссовский, - объявил на том же обеде Верховный.

Уже на следующий день, 16 мая был готов сценарий парада. Разработкой занимался начальник Генштаба, уроженец белорусского Гродно, генерал армии Алексей Антонов.

Всего по Красной площади тогда прошли, чеканя шаг, больше тридцати пяти тысяч солдат, офицеров и генералов всех двенадцати фронтов и сводный полк моряков. Кандидатов отбирали строго по ранжиру, утвержденному опять же Сталиным. Не старше 30 лет, не ниже 176 сантиметров ростом, и чтобы у каждого не меньше двух боевых наград, желательно орденов.

ЭПОЛЕТЫ ОТСТАВИТЬ!

Уже 10 июня в Москву стали прибывать спецпоезда с участниками будущего марша. Фронтовики, пропахавшие всю войну, давно забили ходить вногу. И началась тотальная муштра. Тренировались на Ходынском поле. По восемь часов каждый день изматывающая шагистика – ать-два.

- У многих от перенапряжения открывались едва зажившие раны. Другие во время маршировки теряли свои медали. Назначили специальных подборщиков, шедших за нами и собиравших награды. Вечером в казарме разносилось: «Эй, чья тут «Слава» третьей степени? А «Отвагу» кому?», - вспоминал участник парада старшина-артиллерист Михаил Киреев.

Вместе с солдатами мысочек тянули и генералы, вплоть до командующих фронтов.

Для каждого из тридцати пяти тысяч пошили парадный мундир по персональной мерке, чтобы сидел как влитой. Кстати, вначале тыловики предлагали, чтобы все участники парада надели эполеты, как в царские времена. И для Сталина скроили опытный экземпляр. Когда мундир с золотой бахромой на плечах внесли ему в кабинет, вождь ужаснулся: «Это что еще за петух?! Я его и мерить не буду!» Про эполеты тыловики сразу забыли.

ЗНАКОМЫЕ ЛИЦА: И БРЕЖНЕВ ТАКОЙ МОЛОДОЙ

Будущий генсек шел во главе колонны 4-го Украинского фронта

БЕЛОСНЕЖНЫЙ КУМИР

Ровно в 10 утра 24 июня на Красную площадь из Спасских ворот выехал Жуков на белом коне по кличке Кумир. Под Рокоссовским гарцевал вороной жеребец Полюс. Элитные скакуны были из личной конюшни маршала Буденного. Погодка, совсем некстати, в тот день подкачала. За полчаса до начала торжественного шествия войск зарядил нудный дождь, перешедший в ливень. Сталин стоял на Мавзолее в плаще и резиновых ботах. А вот солдаты и маршалы вымокли насквозь. Мундир Рокоссовского, когда высох, сел настолько, что его пришлось распарывать, чтобы снять.

Из-за непогоды пришлось отменить воздушную часть. И армада из двухсот истребителей и бомбардировщиков, которые должны были пролететь над Красной площадью, так и осталась на приколе.

В остальном все было четко по плану. Парад открыли юные музыканты – рота барабанщиков Московской школы музыкантских воспитанников. После чего во всю мощь грянул стоявший на бровке военный оркестр из 1400 музыкантов.

ОРДЕНОНОСЦА НЕСЛИ НА РУКАХ

Сводный полк каждого фронта с парадными штандартами впереди маршировал по брусчатке под свой боевой марш. Во главе колонны 4-го Украинского фронта вместе с другими генералами браво шагал начальник политуправления фронта, кавалер двух орденов «Боевого Красного Знамени» генерал-майор Леонид Брежнев, наш будущий Генсек. А в составе полка 1-го Белорусского фронта особой колонной прошли представители Войска Польского, доблестно сражавшиеся вместе с Красной Армией против немецко-фашистских захватчиков. Интересно, помнят ли об этом в сегодняшней Польше, где сносят памятники советским воинам освободителям?

«Промаршировало» по площади и подразделение четвероногих. Подсчитано, что в специальных частях Красной Армии сражались более шестидесяти тысяч собак. Вывозили с поля боя раненых, служили связистами, доставляя донесения на передовую, живыми бомбами бросались под немецкие танки. И конечно, помогали саперам. Собачий нос гадину-мину чуял лучше любого миноискателя. Легендарную овчарка по кличке Джульбарс даже наградили медалью «За боевые заслуги». Он один обнаружил почти восемь тысяч мин. В самом конце войны его тяжело ранило, пес плохо ходил, и бойцы на параде пронесли его на руках.

НЕТЛЕННЫЙ ХЛАМ: В НАЗИДАНИЕ БУЩУЩИМ НЕДРУГАМ

Жуков предлагал фашистские знамена сжечь, вождь решил иначе

ПРИВИЛЕГИЯ ТАНКИСТОВ

В заключительной части парада, как и сегодня, по Красной площади прошли 1850 единиц боевой техники. Во главе, точь в точь, как сейчас, шел батальон Т-34. Легендарный танк Победы, по сути, вывез, на себе всю войну. Для танкистов, кстати, сделали – исключение. Они были не в парадных мундирах, как все остальные, а в танкистских шлемах и комбинезонах, на которые они прикрепили свои ордена и медали. Устав это запрещал, но и случай был особенный, уставом решили пренебречь. Танки шли также под музыку.

И вот торжественный гром оркестра смолк, сменившись сухой барабанной дробью. На площади - сводный полк войск НКВД. В руках у каждого из двухсот бойцов знамена дивизий разгромленного вермахта.

«МЫ НЭ ЯЗЫЧНИКИ»

Полотнища со свастикой бойцы пронесли перед трибунами особым манером, держа древки наперевес так, чтобы края полотнищ волочились по мокрой от дождя брусчатке. И швырнули их к подножию Мавзолея. Гитлер бредил идеей о тысячелетнем рейхе. Под стать идее фюрера были и знамена его армии. Полотнища – ручной выделки шелк. Древки – из дуба десятилетней выдержки. Сработано было действительно на века. И вот теперь все это нетленное «великолепие» было свалено в кучу у Мавзолея, до которого в декабре 1941-го вермахт не дошел какие-то тридцать километров. Многие солдаты отказывались их брать – не хотели марать руки о поганые, паучьи тряпки. И тогда им специально выдали кожаные перчатки, чтобы руки остались чистыми.

Говорят Жуков предлагал сжечь фашистские знамена, там же перед Мавзолеем. Но Сталин, подумав, идею маршала отклонил:

- Мы нэ язычники, чтобы на главной площади страны костер устраивать. Знамена эти надо, напротив, сохранить, как назидание всем нашим недругам – и настоящим, и будущим.

С тех пор штандарты разгромленного рейха хранятся в запасниках Центрального музея Вооруженных Сил. А вот перчатки, в которых их несли солдаты, тогда действительно сожгли.

ДРАГОЦЕННЫЕ КРОШКИ

Как заключительный аккорд парада, оркестр грянул гимн Советского Союза. Гимн – страны, сокрушивший фашизм. И пятьдесят пушек ЗИС-3, главного калибра нашей армии на фронте, установленных вдоль набережной Москва-реки, дали тридцать залпов праздничного салюта. 

К вечеру дождь прекратился. На улицах и площадях столицы гремели оркестры, выступали артисты. Народ ликовал. Победа!!!

Солдатам-участникам парада, когда они вернулись в казармы, где временно квартировали, на ужин, помимо законных наркомовских 150 граммов, картошки с мясом и каши, выдали белый хлеб. Настоящий. Из отборной муки. Такого они солдаты-победители, отмахавшие пол-Европы, взявшие штурмом Берлин, не то, что не ели – в глаза не видели с довоенных времен.

- Каждый кусочек брали в руки как драгоценность какую-то, - вспоминал гвардии сержант Иван Чистопалов. – Ели его, аккуратно стряхивая с груди в ладонь каждую крошку. Ели, и приговаривали: «Коли нашему брату, солдату, хлеб белый стали давать, значит, война и правда кончилась. Мир наступил…»