Тридцать шесть лет в Тверской области поисковики не прерывают вахту памяти на полях сражений

САМЫЙ ФРОНТОВОЙ РЕГИОН

Расстояние от Бреста до небольшой деревни Брод в Западнодвинском районе Тверской области без малого 900 километров. Но 17 июля 1941 года, уже через 26 дней после начала вторжения немецко-фашистских оккупантов, здесь начались бои за переправу через реку Западная Двина...

Там в нулевые был установлен первый памятник солдатам 1941 года. Конечно, не такой величественный и справедливый, как Ржевский Мемориал Советскому Солдату, но — первый.

С того дня 1941 года и до 19 июля 1944 года, когда последний враг был изгнан с территории Верхневолжья, фронт извивался своими ядовитыми щупальцами по 17 нынешним муниципалитетам или по 38 из 69 районов тогда Калининской области. Бои не затихали 1098 дней и ночей. Особенно — в районе ржевского выступа...

И раны тех схваток до сих пор кровоточат, изрыгая из окопов и воронок мины, снаряды, куски танковой брони и обломки фюзеляжей самолетов. Но самое страшное, что эти земли до сих пор скрывают сотни и сотни безымянных воинских погребений...

Тридцать шесть лет — официально, и намного более сорока лет — вопреки обстоятельствам, на тяжелую добровольную вахту встают бойцы поисковых отрядов. В архивах, полевой разведкой, опросами местных жителей, они находят неучтенные или заброшенные погребения наших солдат и перезахоранивают их с воинскими почестями достойно совершенному подвигу...

Вот и в этом году бойцы сорока отрядов Тверского областного центра «Подвиг» вышли на поиск. Приехали поисковики из других регионов России. Приезжают и бойцы из Беларуси. Потому что Тверская (Калининская) область — самый фронтовой регион и работы тут еще много.

НАЧИНАЛИ ОТЦЫ, А ТЕПЕРЬ - СЫНОВЬЯ

Я в Твери, в Научно-Историческом Военно-Патриотическом Центре «Подвиг», общественной организации, которая с 1988 года, когда был дан зеленый свет работам на местах боев, является штабом поискового движения Тверской области. Беседую с давним товарищем, поисковиком более чем с сорокалетним стажем, председателем правления Центра, а проще — командиром Сергеем Титковым.

Застать его на месте с весны до поздней осени — большая проблема. Особенно сейчас, когда трава еще невысокая, что значительно облегчает поиск. Мне повезло.

- На нашей территории были самые ожесточенные бои Великой Отечественной войны, не считая Сталинградской и Курской битв, - объясняет такую активность поиска Титков, - Поэтому в Тверскую область сейчас приезжают на работу отряды практически со всех регионов России. У нас воевали дивизии созданные и на Дальнем Востоке, и в Татарстане, и в Казахстане... Самые большие потери, и много пропавших без вести, были как раз с сорок первого по сорок третий годы.

- Тридцать шесть лет назад, когда было легализовано поисковое движение, все были молодыми и дерзкими. А кто сейчас приходит на смену, кто завтра заступит на пост?

- У нас раньше даже семейные подряды в отрядах были: начинал папа, потом туда приводил сыновей, дочек. Сейчас они выросли и уже своих сыновей и дочек привели. А вот новое пополнение, например, школьники, они как-то прохладно к нашей работе относятся. Их единицы, кто идет в поисковое движение. Остальным это уже, как бы неинтересно.

- С чем же это связано?

- Мне кажется, это идет из школьной программы. Если в наше время все основы, все обучение опиралось на подвиги наших солдат, на подвиги всей страны, мы на этом росли, то сейчас школьники не знают своей истории.

СОВРЕМЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ И БАБУШКИ

- Помню, раньше приезжаешь в какую-нибудь деревню, а там бабушка обязательно жила, которая помнит кого и где похоронили во время войны. Но они уже ушли. Как сейчас работаете?

- Зимой люди сначала в архиве Министерства Обороны выискивают информацию, - рассказывает Сергей Титков, - После этого группа разведки выезжает на место. Там все проверяет. Сейчас работа упростилась: заказываем немецкую аэрофотосъемку, накладываем изображение на современные карты, и после привязки по координатам к местности, более менее точно выходим на место. Да, старушки, которые были раньше, их сейчас практически нет. Но остались их дети и внуки, которым они когда-то знания передали. И иногда, случается, что именно благодаря им мы находим массовые захоронения.

ПОСЛЕ СВО - ПОИСК

- Какие планы на День Победы? Где будут отряды?

- Половина отрядов будет в лесу. У тех, кто работает с самого начала, а кто-то и до начала, у старых отрядов - заведено 9 мая встречать в лесу. А другие отряды, наоборот, возвращаются домой. Потому что много всяких мероприятий на которых вспоминают о поисковых отрядах, - делится графиком Титков, - У меня запланирована поездка в Зубцовский район (центр Ржевской битвы — Ред.), заехать к ребятам в Ржевский район, и съездить в Бельский район, обязательно.

В Бельском районе расположен мемориал воинам-сибирякам. Там похоронено 12500 человек, из 6-го Сибирского добровольческого стрелкового корпуса. Они погибли в ноябре - декабре 1942 года. В районе же сейчас проживает чуть больше пяти тысяч.

- Почему в Бельский обязательно?

- У нас много поисковиков на СВО находятся. Кто-то по мобилизации ушел, кто-то добровольцами. В Бельском поисковики уехали на СВО, отработали, а сейчас приехали подгадав под поиск. Три месяца здесь поработают и потом опять уедут. Недавно тоже командир отряда вернулся на лечение. Говорит, что обратно уже не пошлют, он за ленточкой три раза был, теперь сказали — все. Значит, говорит, берет отряд и опять в лес, - Сергей Титков напоминает, что традиция, когда отряды возглавляли ветераны боевых действий, существовала и в восьмидесятые годы, - В восемьдесят восьмом году все поисковые отряды возглавили войны-афганцы. И лишь потом разрешили всем возглавлять. А ведь основа поискового движения опиралась на воинов, кто уже почувствовал на себе, что такое война, кто знает, что такое терять солдат, терять друзей. Так же и сейчас происходит.

«ТАКИЕ ЖЕ РУСЫ КАК И МЫ»

Наши соседи умеют читать нечитаемое

- С белорусами на поисках работаете?

- Я могу сказать, что белорусы такие же русы, как и мы. - смеется Сергей и уже серьезно, - Отличные ребята! Работают очень хорошо. И мы с ними работаем постоянно. У нас в России существует лаборатория «Солдатский медальон». Она в Москве. Там разные ребята работают. И белорусы тоже. Это лаборатория по прочтению и восстановлению документов. И это первое, в чем мы сотрудничаем. И, скажу, у белорусов классные специалисты. Они читают даже то, что не могут прочитать наши специалисты. Наши, кто занимается восстановлением документов, их сами и хвалят. А если тебя и коллеги хвалят, то значит ты достойно работаешь.

- А на вахту приезжают?

- Да. Приезжают к нам работать в поисковые отряды. Приезжают не полноценными отрядами, а по два, по три, четыре человека, чтоб работать на нашей земле с нашими ребятами. Также приглашают наших поработать у них. Обмениваемся опытом. Хорошие ребята. Хотя у них немного поиск, конечно, не такой, как у нас, потому что у них поисковым движением занимается государство. У них система лучше, чем у нас.

К СОЛДАТУ ЕДЕТ ВСЯ СЕМЬЯ

Через 83 года близкие узнали, где он погребен

Передача поисковиками смертного медальона родным — давняя традиция.

Могутов Павел Алексеевич погиб в 1941 году в Калининской области. Его останки найдены в 2001 и были захоронены в братской могиле села Брод, в Западнодвинском районе Тверской области. Но долго не могли найти родственников, так как не удавалось прочитать адрес на записке. И вот, благодаря лаборатории «Солдатский медальон» удалось прочитать и найти родственников солдата.

Павел Алексеевич уроженец села Суерка Упоровского района Тюменской области. Оттуда он уходил на финскую войну. Оттуда он ушел на Великую Отечественную.
В семье было пятеро ушедших на войну, вернулся только один.

У Павла Алексеевича было четверо детей - три сына и дочь. Работал трактористом в колхозе. Когда поисковики передавали медальон, на церемонии присутствовали сыновья Владимир, Анатолий и дочь Нина. Позже стало известно, что родственники купили 21 билет, чтоб приехать в деревню Брод и лично поклониться братской могиле, где похоронен прах их предка.