Товарищ комбат

В Москве живет единственная в мире женщина – полковник танковых войск

Железная леди. Укротительница танков. Как ее только ни называли. Но, признается полковник в отставке Людмила Калинина, самое приятное для уха прозвище ей дали еще на фронте, где она командовала танково-ремонтным батальоном. За требовательность и не по-женски твердый дух сослуживцы и подчиненные обращались к ней по-военному лаконично – Людмил Иваныч. Глядя сегодня на ее девичьи фотографии, можно только удивляться: такая красавица – и вдруг в танкистки подалась? С ее-то внешними данными прямая дорога была на сцену или в кино! «Ой, что вы, – смеется Людмила Ивановна. – Даже и не думала никогда об артистической карьере. Меня всегда влекла техника».
Как и многих ее сверстников, в армию Людмилу Калинину привело желание быть похожей на киногероев конца тридцатых – храбрых танкистов, без мостов форсирующих реки и всегда побеждающих врагов. Однако право на военную службу в те годы еще надо было заслужить. Прежде чем поменять ситцевое платье на суконную шинель, наша героиня пять лет отработала слесарем-ремонтником на ЗИЛе, а попутно училась на вечернем рабфаке.
Однажды на завод приехала комиссия из Академии механизации, чтобы набрать толковых ребят на инженерный факультет. К удивлению родителей и подруг, Людмила тоже решила сдавать экзамены. С успехом выдержала конкурс, выполнила все спортивные нормативы, в том числе по стрельбе, однако ей… отказали. Оказывается, к тому времени вышел приказ – женщин в военные вузы не брать. Надо знать характер Калининой – так просто она никогда не сдавалась. И если ставила перед собою цель, непременно ее добивалась. Тем более когда речь шла о цели всей ее жизни. Людмила записалась на прием к директору ЗИЛа Ивану Лихачеву. Тот выслушал юную посетительницу – и тут же на ее глазах снял трубку телефона и позвонил начальнику той самой Академии механизации, куда ее отказывались брать. Отказать самому Лихачеву «академики» уже не посмели. Так судьба будущего полковника бронетанковых войск была решена.
Перед самой войной Людмиле Ивановне довелось пережить увлекательнейшее приключение, которому сегодня наверняка позавидовали бы участники многочисленных ралли-рейдов. Узнав, что должен состояться испытательный пробег нового плавающего танка Т-40, она – вот характер! – настояла, чтобы ее включили в один из экипажей в качестве механика-водителя. За рычагами бронированной машины она прошла по бездорожью более 3500 километров – от подмосковной Кубинки до украинской Белой Церкви. Форсировала две реки – Десну и Днепр.
– Однажды, – вспоминает Людмила Ивановна, – в одной из деревень, где мы остановились на ночевку, хозяйка избы решила устроить мне персональную баню, отдельно от наших мужчин. Увидала меня без одежды и ахнула: «Господи, да кто же это, милая, тебе синяков столько наставил?» «Не кто, а что, – засмеялась я. – Танк постарался. Внутри-то он тоже железный. Каждый синяк – это кочка или канава, через которую мы на нем перепрыгивали…»
Незадолго до войны она вышла замуж. Борис тоже был танкистом. Свой первый совместный отпуск молодожены проводили в доме отдыха офицеров в Судаке. Там 22 июня 1941 года их застала война. Людмила получила назначение на Южный фронт, Борис – на Западный.
Шли тяжелые оборонительные бои. Техника выходила из строя. Танков в частях катастрофически не хватало. Вот тут и пригодились инженерные навыки Калининой. Командование поручило ей нелегкое дело – восстанавливать поврежденные в бою машины. Нередко она сама садилась за рычаги, вступая в схватки с противником. А в короткие часы затишья чуть ли не к линии фронта военный инженер Калинина подгоняла свои «летучки», тягачи, краны, цепляла подбитые «тэшки» и КВ и вывозила их на ремонт. А бывало, техникам приходилось «оживлять» подбитые машины прямо на поле боя.
После войны историки подсчитали: в разгар битвы за Москву, боев на Курской дуге, в Орловской наступательной операции войсковым ремонтникам удавалось восстановить и вернуть в строй до 80 процентов подбитых танков.
– У немцев с этим показателем дела обстояли значительно хуже, – замечает Людмила Ивановна. – Все попытки германских конструкторов скопировать Т-34 оказались технически неудачными. Да, и «Пантера», которой нас пугали перед Курской битвой, на поверку оказалась далека от совершенства. Хотя у нас был один полк, воевавший на трофейных машинах, которые мы отремонтировали и ввели в строй. Но, безусловно, наши танки были лучше по всем параметрам. Особенно – Т-34. Одним из наиболее важных качеств «тридцатьчетверки» была ее фантастическая ремонтопригодность и восстанавливаемость. За весь период войны его конструкция фактически не претерпела серьезных изменений. А это говорит о том, что его создателям удалось сконструировать машину, опередившую свое время на многие годы вперед.
Всего же за время войны батальон «Людмил Иваныча» дал вторую жизнь более трем тысячам бронированных цитаделей. По боевому распорядку тех лет – это целая танковая армия…

Михаил ЧЕРЕМУШКИН