Подростки без призора

За воротами приемника-распределителя для несовершеннолетних – живописный дворик, клумбы, свой огород. Вот только пучки света на пути в детскую спальню спотыкаются об оконную решетку. А свобода ограничена колючей проволокой. Но многие дети находят здесь то, чего не видели годами, – заботу и внимание. Некоторым мальчикам и девочкам под конвоем жить даже комфортнее, чем в родном доме. Быть может, поэтому их магнитом тянет в этот казенный дом. Андрей – постоянный клиент приемника. За год он побывал здесь шестнадцать раз. Мальчика доставляют сюда в буквальном смысле из-под земли. Он устраивается на ночлег в канализационных люках, «отдыхает» в подвалах. Андрей рассказывает, что ему нравится путешествовать. Иногда он отправляется бродить после школы, не планируя свой поход заранее. Паренек бывалый и легко обустраивает себе укромное местечко с помощью подручного материала – коробок, ящиков. А иногда Андрей запасается двумя-тремя куртками, зная, что в дороге будет холодно, и – в путь.
– Материально мальчик обеспечен, – рассказывает психолог приемника-распределителя Наталия Фалевич. – У ребенка дромомания – склонность к бродяжничеству, жажда путешествий. Побеги таких ребят возникают без каких-либо причин. Подростки не могут объяснить, что толкнуло их на уход из дома. С Андреем нужно работать постоянно. А дома мальчиком не занимаются. В семье явно недостает эмоционального комфорта. Подросток чувствует себя ненужным и стремится хоть таким образом обратить на себя внимание.

Технический этаж столичной высотки. За дверью лифта – почти однокомнатная квартира. Две лежанки из картона. В роли стола – коробка. Источник света – свеча. Жильцы с девятого этажа часто вспоминают своих бывших странных соседей. Мальчишкам было на вид лет по десять, но маленькие хозяева очень тщательно оберегали свое жилище от чужого глаза. Ведь у них здесь хранилось какое-никакое, но имущество – карманный фонарик и другая утварь, добытая в мусорных контейнерах.
– Дети поняли, что не нужны своим родителям, и ушли, чтобы жить самостоятельно, – вспоминает тот случай председатель Минской городской комиссии по делам несовершеннолетних Елена Герасименко. – До сих пор не все еще ребята знают, что в районах существуют приюты, куда всегда можно обратиться за помощью. Здесь займутся и ими, а также их родителями.

Кисти у Наташи напоминают лапки волчицы. Фаланги пальцев сбиты, ногти изломаны. Это не врожденная патология. Просто на время ладони заменили девочке саперную лопатку. Наташа рыла руками землю, чтобы обустроить себе место для ночлега. Родители жили одной заботой: где достать бутылку. И девочка сломалась. Она оставила дом, чтобы уйти в безлюдную чащу. На попутках четырнадцатилетняя Наташа добралась до Новосибирска. Обитатели местной свалки отвели ей уголок. В логове-землянке девочка-подросток жила два года. Чтобы не скучать, купила себе котенка. Существовала девочка на деньги, которые выручала за металлолом.
Благо, хлама на пустыре хватало. Но однажды Наташе захотелось к людям. Зов крови привел ее назад, в Беларусь. Затем были приют, детский дом семейного типа. Но в семье она жить не смогла. Бродяжнический путь опять оборвался в приемнике. После этого девочка попросилась в приют, в стаю таких же одиноких детей.
– Детям нужно каждый день давать понимать, что мы их любим уже за то, что они есть. Ребята ведь все чувствуют. С одной стороны, бывает, в семье пьют по-черному. Но немало и семей, где есть, казалось бы, все. Родители считают, что заботятся о своих детях, раз целыми днями зарабатывают деньги. А ведь большинство из них и не знают, чем живет их малыш, что у него на сердце, – размышляет Наталия Фалевич. – Уже со школьной скамьи нужно учить ребят основам семейной жизни.

Бездомные дети появляются там, где до детей, и своих, и чужих, никому нет дела. В Беларуси немало безответственных родителей, но к таким детям (и таким родителям!) неравнодушно государство.
– У нас в стране действует сильная законодательная база, которая не позволяет ребенку стать беспризорником. Это просто невозможно, потому что по отношению к безнадзорным детям до 18 лет обязанности нерадивых родителей, которых поставить на путь истинный не удается, берет на себя государство.
По данным Министерства образования Беларуси, в социально опасном положении в республике находится более 27 000 детей из 15 000 семей. А из 32 200 сирот – 86 процентов сироты социальные.
Сегодня наметилась обнадеживающая тенденция к сокращению числа таких детей. Изменить ситуацию к лучшему удалось благодаря скоординированной работе различных государственных ведомств в рамках президентской программы «Дети Беларуси» ( в частности подпроекта «Дети-сироты») и Декрета №18, который обязывает горе-родителей возмещать расходы по содержанию детей в госучреждениях. Для безработных (а таких среди безответственных пап и мам большинство) предоставляются рабочие места. Так, с начала действия декрета (январь 2007 года) у неблагополучных родителей отобрали 4446 детей, но 3060 мальчиков и девочек возвратились в биологические семьи. Родителей более двух тысяч детей лишили родительских прав, 76 процентов социальных сирот от этого числа устроили в замещающие семьи, 24 процента – в дома-интернаты.
Усилены механизмы защиты прав усыновляемых детей, в том числе в случаях международного усыновления. Согласно программе «Дети Беларуси» к 2011 году планируется увеличить охват семейными формами жизнеустройства до 70 процентов детей-сирот, оставшихся без попечения родителей. Ведется работа по развитию различных форм семейного жизнеустройства (опека, патронат, усыновление). Предусмотрено строительство 56 жилых домов для семей, осуществляющих воспитание детей-сирот. Подпроектом «Дети-сироты» предусмотрена разработка нормативных правовых актов, обеспечивающих создание и функционирование учреждений постинтернатной адаптации, меры по решению жилищной проблемы и трудоустройства детей-сирот.
…Это все касается детской беспризорности, но государственный аппарат не может при всем желании победить детское одиночество. «Волчата» ведь растут не только в самодельных уличных берлогах, но и в богатых коттеджах, там, где есть, казалось бы, все – и деликатесная еда, и мягкая постель. Но, увы, нет настоящего родительского внимания, заботы о детской душе. А чтобы она появилась, необходимо прежде всего лечить все общество. Только тогда вслед за беспризорностью уйдет и безнадзорность.
И наши дети будут жить не в стае, а в здоровой и доброй среде.

Ольга КОСЯКОВА