И спасла любовь...

Мне всегда нравились на юге открытые вернисажи, где художники прямо на набережной могут выставлять свои картины. Убегая от палящего солнца под сень деревьев, отдыхаешь и одновременно любуешься творением феодосийских мастеров – живописцев, скульпторов, кустарей-подельщиков… А поскольку и сама немножко рисую, мне особенно интересны работы живописцев. Тем более что в Феодосии школа маринистов очень высокого уровня. А Дом-музей Айвазовского – и вовсе настоящая кладезь мудрости, таланта, традиций.
Так я и познакомилась с художником Владимиром Михайловичем Киркевичем. Очень живой, общительный искренний человек, родом из белорусского Пинска, который сразу же стал другом. Вместе гуляли по набережной, говорили об искусстве, о жизни... Я с удовольствием рассматривала акварели Владимира Михайловича. Многие зарисовки южных мест перемежались с работами, сюжет которых мне был с детства знаком, – пейзажи родной Беларуси. Волей судьбы занесло Владимира Михайловича под палящее южное солнце, но с Беларусью он никогда не расставался, вспоминая ее в своих работах, часто приезжая в родной Пинск. Тем более что две его жены (обе уже в царствии небесном) тоже были из Пинска.
Владимир Михайлович – страстный путешественник. Он посетил около 200 музеев России, Беларуси, Украины, бескорыстно отдал в их фонды около тысячи акварелей. Родной Беларуси подарил более 250 своих работ, в том числе и Национальному художественному музею. В Беларуси было организовано и несколько выставок акварелей В.М. Киркевича. Например, сбор от одной из них в Витебске пошел на восстановление сгоревшего в 1995 году музея-усадьбы Ильи Репина в Здравневе.
Владимир Михайлович Киркевич работает в технике камерной акварели, в реалистической манере письма, свойственной традициям старых мастеров. Художника не только влечет живописность пейзажей, ему удается передать тончайшие оттенки состояния природы в разное время суток и время года. Его акварели – это целая поэма о небе. «От неба идет свет, тепло, дающее жизнь на Земле всему живому, – говорит художник. – Через него идет связь с Космосом, поэтому небо привлекает меня не только живописностью, но и в философском плане».
Господь одарил Владимира Михайловича не только незаурядным талантом, но и сильным чувством – настоящей любовью. И слушая его, нельзя не поразиться, какие странные и непредсказуемые зигзаги иногда делает судьба …
...Жили-были две подружки, обе – красавицы, обе милые, добрые. И был парень – тоже молодой, красивый, да еще и талантливый. Поэтому нравился он сразу двоим. На одной из подружек Владимир женился и уехал на юг. Родился в семье сын. Все складывалось хорошо, если бы не страшный диагноз жены – опухоль головного мозга. Тяжелая операция...
Когда на больничной койке в Крыму лежала одна, вторая тоже оперировалась в Белорусском институте онкологии в Боровлянах.
И диагноз у обеих (бывает же!) одинаковый. Только вот одна, жена Владимира, не выдержала. А вторая – победила смерть. Очень-очень слабая, еле оправившись после операции, она приехала к нему в Крым, объяснив: я всегда тебя любила, знаю, что умерла у тебя жена и ты один, если я тебе нужна буду, приезжай за мной в Беларусь.
– Говорит, а сама шатается от слабости, – вспоминает Владимир Михайлович. – А я грешным делом думаю: умерла одна, теперь другую хорони, сколько ж мы вместе проживаем... год-два? Врачи дают не больше трех лет после такой операции.
А прожили двадцать! Этот феномен удивил даже самих специалистов-онкологов. Так что же явилось стимулом для жизни женщины?!
– Любовь, – вздыхая и обнимая руками поседевшую голову, говорит Владимир Михайлович. – Мы ни дня не могли прожить друг без друга. Всегда вместе, всегда под ручку, даже соседи удивлялись. Галина вообще не чувствовала никаких недомоганий. Разве только в последний год.
... Она умерла весной. Я видела ее портретик в цветах – такая красивая, статная и счастливая... Владимир Михайлович провел нас в свою квартиру, и я увидела, что все здесь хранит память об ушедшей горячо любимой супруге – и акварели, которые он ей писал, и высохшие осенние цветы, которые он ей дарил. И эти слова:
«Здравствуй, Галечка! Вот к нам гости из родной Беларуси. Я им сейчас покажу виды старого Пинска, помнишь, я когда-то рисовал...»