Темные парочки
Нина ЯНОВИЧ
Ни одна секта не признается в том, что она секта. Тем не менее ведущий российский эксперт по проблемам новых религиозных движений профессор Александр Дворкин называет несколько характерных признаков сектантской организации. Это обожествление лидера; полный контроль над сознанием адепта; информационная блокада в особенности новичков; разрыв родственных и дружественных связей; обман или сокрытие важной информации; наличие тайных уровней посвящения.
Продвинутые в ад
Вербовка в секты противоречит принципу свободы вероисповедания, поскольку всегда основывается на обмане. Какая уж тут свобода выбора, если человек не знает, куда его втянули? Скажи ему в момент знакомства с «приятными с виду» людьми, что через некоторое время он окажется в полном подчинении у своего гуру, ему будет позволено спать по два-три часа в день, питаться как попало, заставят разорвать всякие отношения с близкими людьми, и нормальный человек, естественно, откажется от продолжения контактов. Если новые знакомые члены передвижных фандрейзинговых команд мунитов, то им придется каждый вечер приносить установленную сумму, причем невыполнение дневной нормы сборов будет говорить о его недостаточной духовной продвинутости... И по воскресеньям ему придется трижды кланяться портрету Муна как Императору Вселенной. А реши он жениться, супругу ему, скорее всего, подберут из своих по фотографии и впервые он ее увидит в день бракосочетания…
Не шли бы новички и к сайентологам, скажи им кто-нибудь заранее, во что в ближайшем будущем может превратиться их единственная жизнь. Во-первых, она будет уже не единственной, а очередным перевоплощением, и если в этой жизни у вас заболела шея, то это потому, что в прошлой жизни вас повесили. Во-вторых, бесплатное заполнение анкеты с оксфордским тестом из 200 вопросов «Хотите узнать себя?» рискует привести к тому, что вы добровольно начнете платить очень большие деньги за бесчисленные курсы, подпишете кабальный договор и будете дневать и ночевать в общежитии сектантов, отрабатывая договорные условия, причем вы наверняка порвете со своими родными и близкими, отказавшимися разделить ваше увлечение. Зная это наперед, человек пришел бы в ужас и действительно реализовал бы свой принцип свободы вероисповедания – послал бы проповедников прекрасной «Дианетики» куда-нибудь подальше.
Объединить усилия
Белоруссию тоже заполонили всякого рода секты. Их экспертизу – своеобразную защиту прав потребителей – проводят в основном члены экспертного совета при Государственном комитете по делам религий и национальностей. И это опасное занятие. Одна из экспертов мне лично рассказала, что представители одной миролюбивой восточной общины, в которой часто улыбаются и совсем не употребляют мяса, пообещали разрезать ее детей на кусочки и развесить на дереве… Другая из экспертов поведала, что ей четыре месяца звонил домой так называемый палач с добрыми глазами, который, судя по газетным публикациям, умеет убивать на расстоянии… Ругался матом или же молчал, давя на психику.
Александр Дворкин приезжал в Минск по приглашению сотрудников информационно-консультационного Центра имени преподобного Иосифа Волоцкого при епархиальном управлении БПЦ, чтобы поделиться опытом работы и встретиться с заинтересованной общественностью союзной страны. Для этого был серьезный повод: названный центр, который существует уже десять лет, несколько недель назад получил статус белорусского представителя российской Ассоциации центров изучения религий и сект (РАЦИРС). Это означает объединение усилий двух государств по защите общего духовного пространства от экспансии агрессивных культов.
К сожалению, белорусов собралось на встречу не так уже и много. Политкорректность привела к тому, что тема опасных форм религиозности в отечественных СМИ теперь непопулярна, и может сложиться впечатление, будто у нас в этой сфере больше нет никаких проблем.
«А голос мне и говорит…»
Между тем читательская почта свидетельствует об обратном. «В нашу маленькую семью вошло большое горе, написала в редакцию минчанка С.П. Сектанты у меня сманили дочь. Уже много лет она посещает некую общину восточного направления, организованную студентом-арабом. О том, что это и как называется, она не говорит. В итоге дочь практически перестала со мной общаться, хотя раньше у нас были доверительные отношения. Ей ничто не интересно, только их собрания, она стала мрачной и подавленной, появились боли в голове. Она не может удержаться ни на одной работе. Что бы я ни говорила, она меня не слышит…»
Или вот что рассказала по телефону «горячей линии» возмущенная Елена: «Мой отец, которому 76 лет, пришел из поликлиники и говорит: «А что это я у вас живу так долго без прописки? Пропиши меня, дочь, в квартире, чтобы я тоже имел право на нее». Я просто онемела. Дело в том, что у отца есть своя квартира на Украине, после смерти мамы он живет в ней один, там же и прописан. А к нам приезжает в гости отдохнуть, пообщаться с внуками и немного подлечиться – его принимают без проблем в нашей поликлинике. Оказывается, папу встретили на улице две женщины, некие «свидетели», и долго с ним общались. Проявили к нему внимание, расспрашивали о жизни, рассказывали о боге, но только не о Иисусе Христе, а о каком-то другом. Они и внушили ему мысль, что родная дочь его очень обижает, внесли такой раскол в нашу семью… Я думаю, это сознательно, чтобы через беспомощного дедушку завладеть нашей квартирой…»
Многие священники различных храмов знают бездомную Наталью Борозну и ее сына Руслана. Уже, наверное, лет десять они ютятся где придется и находятся в тяжелом депрессивном состоянии. Наслушавшись когда-то проповедей пасторов о необходимости жертвовать на храм и не имея для этого возможности, Наталья продала свою квартиру, а деньги раздала… Братья и сестры охотно брали ее доллары, но когда деньги закончились и настал черед помогать уже самой Наталье, к ней очень быстро потеряли интерес: выдали 2-3 раза небольшие суммы и оставили на улице.
Трагична также ситуация у двух минчанок Илоны и Оксаны, ушедших от пятидесятников. В сектах ведь всегда так: рубль за вход и два за выход. На отступниц восстала вся секта. Их били и таскали по судам. Оксану, несмотря на большой срок беременности, родственники-сектанты сдали в психбольницу. Ребенок родился тяжелым инвалидом, а в это время мужу пришел вызов из Америки от единоверцев. Пришлось Оксане дать мужу разрешение на вывоз в Америку всех семерых детей. Теперь их разобрали по различным американским сектам.
Как с этим бороться
Реабилитация бывшего адепта – дело чрезвычайно сложное, и удается это не всегда. За десять лет работы Центра Иосифа Волоцкого, которым руководит референт по вопросам новых религиозных движений Минской епархии, доктор теологии Венского университета Владимир Мартинович, в этой столичной организации получили помощь несколько тысяч человек, и в результате несколько сотен из них покинули секты. А в Республиканской психиатрической больнице десятки случаев такой глубокой патологии на почве углубления в нетрадиционные вероучения, что о полном восстановлении психики этих людей даже говорить не приходится.
Несмотря на все предупреждения, люди попадаются на крючок сектантов. Сейчас в Белоруссии внимательно изучают опыт борьбы с деструктивными сектами в таких странах, как Франция, Австрия, Бельгия, Германия. Есть идея и создания государственных баз данных тоталитарных сект на региональном уровне.
Идея пока еще не вызрела до конца, но, думается, на постсоветских территориях непременно к этому придут. Нормально ли, когда на площадях крупных городов динамики разносят «халилуйя» очередного пастора, словно он приехал на духовную целину, а не в страну с двухтысячелетней историей христианства...
Ни одна секта не признается в том, что она секта. Тем не менее ведущий российский эксперт по проблемам новых религиозных движений профессор Александр Дворкин называет несколько характерных признаков сектантской организации. Это обожествление лидера; полный контроль над сознанием адепта; информационная блокада в особенности новичков; разрыв родственных и дружественных связей; обман или сокрытие важной информации; наличие тайных уровней посвящения.
Продвинутые в ад
Вербовка в секты противоречит принципу свободы вероисповедания, поскольку всегда основывается на обмане. Какая уж тут свобода выбора, если человек не знает, куда его втянули? Скажи ему в момент знакомства с «приятными с виду» людьми, что через некоторое время он окажется в полном подчинении у своего гуру, ему будет позволено спать по два-три часа в день, питаться как попало, заставят разорвать всякие отношения с близкими людьми, и нормальный человек, естественно, откажется от продолжения контактов. Если новые знакомые члены передвижных фандрейзинговых команд мунитов, то им придется каждый вечер приносить установленную сумму, причем невыполнение дневной нормы сборов будет говорить о его недостаточной духовной продвинутости... И по воскресеньям ему придется трижды кланяться портрету Муна как Императору Вселенной. А реши он жениться, супругу ему, скорее всего, подберут из своих по фотографии и впервые он ее увидит в день бракосочетания…
Не шли бы новички и к сайентологам, скажи им кто-нибудь заранее, во что в ближайшем будущем может превратиться их единственная жизнь. Во-первых, она будет уже не единственной, а очередным перевоплощением, и если в этой жизни у вас заболела шея, то это потому, что в прошлой жизни вас повесили. Во-вторых, бесплатное заполнение анкеты с оксфордским тестом из 200 вопросов «Хотите узнать себя?» рискует привести к тому, что вы добровольно начнете платить очень большие деньги за бесчисленные курсы, подпишете кабальный договор и будете дневать и ночевать в общежитии сектантов, отрабатывая договорные условия, причем вы наверняка порвете со своими родными и близкими, отказавшимися разделить ваше увлечение. Зная это наперед, человек пришел бы в ужас и действительно реализовал бы свой принцип свободы вероисповедания – послал бы проповедников прекрасной «Дианетики» куда-нибудь подальше.
Объединить усилия
Белоруссию тоже заполонили всякого рода секты. Их экспертизу – своеобразную защиту прав потребителей – проводят в основном члены экспертного совета при Государственном комитете по делам религий и национальностей. И это опасное занятие. Одна из экспертов мне лично рассказала, что представители одной миролюбивой восточной общины, в которой часто улыбаются и совсем не употребляют мяса, пообещали разрезать ее детей на кусочки и развесить на дереве… Другая из экспертов поведала, что ей четыре месяца звонил домой так называемый палач с добрыми глазами, который, судя по газетным публикациям, умеет убивать на расстоянии… Ругался матом или же молчал, давя на психику.
Александр Дворкин приезжал в Минск по приглашению сотрудников информационно-консультационного Центра имени преподобного Иосифа Волоцкого при епархиальном управлении БПЦ, чтобы поделиться опытом работы и встретиться с заинтересованной общественностью союзной страны. Для этого был серьезный повод: названный центр, который существует уже десять лет, несколько недель назад получил статус белорусского представителя российской Ассоциации центров изучения религий и сект (РАЦИРС). Это означает объединение усилий двух государств по защите общего духовного пространства от экспансии агрессивных культов.
К сожалению, белорусов собралось на встречу не так уже и много. Политкорректность привела к тому, что тема опасных форм религиозности в отечественных СМИ теперь непопулярна, и может сложиться впечатление, будто у нас в этой сфере больше нет никаких проблем.
«А голос мне и говорит…»
Между тем читательская почта свидетельствует об обратном. «В нашу маленькую семью вошло большое горе, написала в редакцию минчанка С.П. Сектанты у меня сманили дочь. Уже много лет она посещает некую общину восточного направления, организованную студентом-арабом. О том, что это и как называется, она не говорит. В итоге дочь практически перестала со мной общаться, хотя раньше у нас были доверительные отношения. Ей ничто не интересно, только их собрания, она стала мрачной и подавленной, появились боли в голове. Она не может удержаться ни на одной работе. Что бы я ни говорила, она меня не слышит…»
Или вот что рассказала по телефону «горячей линии» возмущенная Елена: «Мой отец, которому 76 лет, пришел из поликлиники и говорит: «А что это я у вас живу так долго без прописки? Пропиши меня, дочь, в квартире, чтобы я тоже имел право на нее». Я просто онемела. Дело в том, что у отца есть своя квартира на Украине, после смерти мамы он живет в ней один, там же и прописан. А к нам приезжает в гости отдохнуть, пообщаться с внуками и немного подлечиться – его принимают без проблем в нашей поликлинике. Оказывается, папу встретили на улице две женщины, некие «свидетели», и долго с ним общались. Проявили к нему внимание, расспрашивали о жизни, рассказывали о боге, но только не о Иисусе Христе, а о каком-то другом. Они и внушили ему мысль, что родная дочь его очень обижает, внесли такой раскол в нашу семью… Я думаю, это сознательно, чтобы через беспомощного дедушку завладеть нашей квартирой…»
Многие священники различных храмов знают бездомную Наталью Борозну и ее сына Руслана. Уже, наверное, лет десять они ютятся где придется и находятся в тяжелом депрессивном состоянии. Наслушавшись когда-то проповедей пасторов о необходимости жертвовать на храм и не имея для этого возможности, Наталья продала свою квартиру, а деньги раздала… Братья и сестры охотно брали ее доллары, но когда деньги закончились и настал черед помогать уже самой Наталье, к ней очень быстро потеряли интерес: выдали 2-3 раза небольшие суммы и оставили на улице.
Трагична также ситуация у двух минчанок Илоны и Оксаны, ушедших от пятидесятников. В сектах ведь всегда так: рубль за вход и два за выход. На отступниц восстала вся секта. Их били и таскали по судам. Оксану, несмотря на большой срок беременности, родственники-сектанты сдали в психбольницу. Ребенок родился тяжелым инвалидом, а в это время мужу пришел вызов из Америки от единоверцев. Пришлось Оксане дать мужу разрешение на вывоз в Америку всех семерых детей. Теперь их разобрали по различным американским сектам.
Как с этим бороться
Реабилитация бывшего адепта – дело чрезвычайно сложное, и удается это не всегда. За десять лет работы Центра Иосифа Волоцкого, которым руководит референт по вопросам новых религиозных движений Минской епархии, доктор теологии Венского университета Владимир Мартинович, в этой столичной организации получили помощь несколько тысяч человек, и в результате несколько сотен из них покинули секты. А в Республиканской психиатрической больнице десятки случаев такой глубокой патологии на почве углубления в нетрадиционные вероучения, что о полном восстановлении психики этих людей даже говорить не приходится.
Несмотря на все предупреждения, люди попадаются на крючок сектантов. Сейчас в Белоруссии внимательно изучают опыт борьбы с деструктивными сектами в таких странах, как Франция, Австрия, Бельгия, Германия. Есть идея и создания государственных баз данных тоталитарных сект на региональном уровне.
Идея пока еще не вызрела до конца, но, думается, на постсоветских территориях непременно к этому придут. Нормально ли, когда на площадях крупных городов динамики разносят «халилуйя» очередного пастора, словно он приехал на духовную целину, а не в страну с двухтысячелетней историей христианства...
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
макс
