От смерти унесли на руках

В начале 80-х в Ушичах отмечали 40-летие партизанского движения. Приехал туда и Василий Барминский. Фото: youtube.com/Владимир Барминский

Многие ее участники погибли в боях, и со временем она обросла массой домыслов и небылиц. Восстановить события тех лет «СВ» помогли потомки одного из участников операции, комсомольского вожака партизан Василия Барминского.

РАЗВЕДКА ДОЛОЖИЛА ТОЧНО

В один из дней поздней осени 1943 года разведгруппа партизанского отряда имени Щорса под командованием Петра Штеера ушла в поиск. Возле деревни Бельчица, южнее Полоцка, засекли колонну немецких крытых грузовиков. Решили, что фрицы везут подкрепление в местный гарнизон. Однако вместо солдат из машин начали выгружаться дети. Мал мала меньше.

Разведчики выяснили, что фашисты перевезли сюда из Полоцка воспитанников детского дома. 200 человек. Практически у всех ребят родители были расстреляны. Да и самих детей ожидала страшная участь - стать донорами крови для раненых немецких солдат.

Партизанам удалось встретиться с директором детского дома Михаилом Форинко. Он рассказал, что фашисты не кормят детей, от голода те болеют, у некоторых начался даже тиф.

Разведчики доложили обо всем командиру Борису Алещенко. Детей надо было спасать. Но как? Усиленный фашистский гарнизон в Бельчице насчитывал до трех батальонов солдат, 12 пушек, 17 минометов и несколько десятков пулеметов. В завязавшемся жестоком бою могли погибнуть и дети. Поэтому операцию необходимо было провести очень тихо. И непременно ночью.

Больше двух месяцев партизаны вели разведку. Установили расположение вражеских постов, пулеметных гнезд и пушек. Немцы страшно боялись морозов, лишний раз не высовывались из домов. Дождавшись стужи покрепче, решили действовать.

В ночь на 18 февраля 1944 года боевая группа отряда имени Щорса совершила стремительный 20-километровый марш-бросок к Бельчице. Двести человек на пятидесяти конных подводах. Погода выдалась самая партизанская - минус двадцать, метель. По дороге обоз с двух сторон стали окружать волки, учуявшие запах лошадей. Стрелять по ним было нельзя, чтобы себя не обнаружить. И партизаны почти всю дорогу бежали по очереди рядом с лошадьми, оберегая их от нападения голодных хищников.

Через связных заранее попросили Форинко подготовить детей к дороге.

ПО ПОЯС В СНЕГУ

- В полоцкий детский дом я, моя младшая сестра и брат попали осенью 1943 года, после того как нашу маму расстреляли немцы. Отец с первых дней войны был на фронте. В ту ночь нас всех собрали, и Михаил Степанович Форинко сказал: «Дети, мы сейчас уходим к партизанам». Предупредил, что по дороге мы должны вести себя тихо, не разговаривать, не плакать, потому что немцы могут услышать, - рассказывала много позже Галина Тищенко, которой в ту пору было всего 11 лет.

Оставив лошадей и подводы в лесу, партизаны разделились на две группы. Одна, под командованием Бориса Алещенко и комиссара отряда Ивана Короленко, закрепилась на опушке леса, чтобы прикрыть отход детей в случае атаки фашистов. Вторая группа пошла навстречу детдомовцам. Ее возглавил начальник штаба отряда Иван Крупин.

Больных и совсем маленьких несли на руках воспитатели и ребята постарше. Многие малыши шли сами, на каждом шагу проваливаясь в глубокий снег.

- Мы выбежали к детям, взяли их на руки и понесли в лес. У меня на руках оказалось двое: мальчик лет пяти и девочка примерно такого же возраста. На ноги мальчика, у которого из рваных ботинок торчали пальцы, я надел меховые рукавицы. Девочку, на ней были одни лохмотья, закутал в поддевку, - вспоминал секретарь комитета комсомола партизанского отряда Василий Барминский.

Операция прошла молниеносно. Фашисты были ни сном ни духом.

Спасенных детей разместили по домам жителей деревни Емельяновка, где они впервые за долгие месяцы нормально поели. Но впереди их ждало еще одно смертельно опасное испытание.

ЦЕНОЙ ЖИЗНИ

МАШИНА ПЛАМЕНЕМ ОБЪЯТА

То, что малышей смогли увести из-под носа у немцев – не что иное, как чудо. Фото: youtube.com/ НТВ

Весной 1944 года немецкое командование решило провести карательную операцию против Полоцко-Лепельской партизанской зоны. Подтянули войска с фронта, в том числе и танки. Детей требовалось срочно вывезти на Большую землю. Штаб партизанского соединения связался с командованием наступавшего 1-го Прибалтийского фронта. Эвакуировали ребят силами 105-го отдельного гвардейского авиаполка. Вывозили с партизанского аэродрома под Ушачами самолетами По-2 и Р-5.

Именно тогда совершил свой подвиг Александр Мамкин. Он сделал восемь успешных рейсов. Девятый оказался роковым. Мальчишку постарше летчик усадил в задней кабине, воспитательницу и еще девять малышей - в фюзеляже, двоих раненых партизан разместил в похожих на торпеды кассетах под крыльями. Всего на борту двухместного воздушного разведчика Р-5 уместились 13 пассажиров. Уже на подлете к линии фронта на машину с красными звездами набросились немецкие истребители.

Когда по крылу Р-5 звонкой дробью прошлась пулеметная очередь «Мессершмитта», одна из малышек спросила удивленно у воспитательницы:

- А зачем они в нас кидаются горохом?

Пули пробили двигатель. Самолет загорелся. Огонь из моторного отсека ворвался в кабину летчика. В таких случаях инструкция предписывает ему покинуть машину на парашюте. Но - дети! Спастись самому, но обречь их на страшную смерть Мамкин, сам выросший без отца, не мог.

На нем уже горела летная куртка, унты, шлемофон. Пламя облизывало руки. Превозмогая адскую боль, он не бросал штурвал. Тянул машину к своим. «На охваченном пламенем самолете, обгорая сам, гвардии лейтенант Александр Мамкин долетел до своей территории, снизился и произвел посадку», - запишут потом в журнале боевых действий полка.

С ужасом дети видели, как летчик, весь в огне, продолжает управлять самолетом. Пламя тем временем подбиралось и к ним. На ребятишках уже начала тлеть одежда. И вдруг - удар о землю. Мамкина выбросило из кабины. Но все тринадцать пассажиров были живы.

Полночи они с воспитателями просидели на берегу замерзшего озера, не зная, на чьей территории оказались - нашей или занятой немцами. С рассветом к месту жесткой посадки Р-5 примчались на машинах врачи и летчики из 105-го полка. Всего на два километра, но Мамкин перелетел линию фронта. Теперь он без сознания лежал на снегу лицом вниз. Перевернув его, врачи ужаснулись - он до того обгорел, что летные очки буквально вплавились в лицо.

Через шесть дней Александр Мамкин умер в госпитале от ран и тяжелых ожогов. Всего он успел вывезти более 90 человек - детей, воспитателей и раненых партизан. Командование полка тогда же направило документы на присвоение летчику звания Героя Советского Союза посмертно. Но Звезду ему так и не дали.