Сначала все наше, а потом лишь мое
Почему белорусы сумели сохранить собственное производство и построить основы социально справедливого общества? Чему мы можем по-учиться у соседей? На эту тему размышляет известный российский журналист Константин Семин на своей страничке в Фейсбуке. Печатается в сокращении
С этих ворот-башен для каждого гостя начинается белорусская столица. Автор фото: Андрей Александров/ РИА Новости
Это было недавно...
2001 год
Посольство Беларуси в Москве. Лукашенко пригласил российских журналистов на неформальный разговор. Около часа за «круглым
столом» идет странная беседа. Хозяин просит работников пера и топора побольше рассказывать о Беларуси, почаще приезжать. Гости перемигиваются, холодно улыбаются, смотрят в тарелки. Разговор не клеится, это все чувствуют. Спасибо, конечно, за угощение, Александр Григорьевич, но нашим либеральным ценностям вы никак не соответствуете. Но раз уж вы президент, так и быть, потерпим еще чуть-чуть…
2005 год
Площадь перед Джорджтаунским университетом в Вашингтоне, где только что вместе со своей церэушной женой выступил Ющенко. Стою в толпе украинских эмигрантов, сжимающих в руках приветственные плакаты. Попадаются и привычные сегодня лозунги: «Коммуняку на гиляку», «Слава героям УПА». Правнуки, внуки и дети бандеровцев. Местами - качающиеся от ветра мумии самих бандеровцев. Ющенко жмет руки. Поравнявшись с нами, он слышит откуда-то справа: «ПоможИте Беларуси!» Улыбается, кивает, машет ладонью: «Поможем!»
2015 год
Иду по «Линии Сталина». Это музей под открытым небом, километрах в тридцати от Минска. Состоит из оборонительной линии, тянувшейся от Одессы до Ленинграда. Включает в себя доты, рвы и минные поля. Фрагмент этого комплекса оборонительных сооружений по указанию Лукашенко превращен теперь в центр патриотического воспитания. Артиллерийские системы, самолеты, танки, на которых катают детей. Поисковые отряды Беларуси отправляют сюда свои находки. Здесь стоит советский пограничный столб, а в одном из блиндажей красуется надпись: «Границы СССР неприкосновенны».
Незабытые герои
Отношение к истории - вот, наверное, самое сильное впечатление от моего последнего посещения Минска. «Никто не забыт, ничто не забыто» - здесь не фигура речи. Было бы странно, конечно, если бы город, практически полностью уничтоженный фашистами, вдруг впал в амнезию. Но отношение к советской эпохе в Беларуси не просто казенно-уважительное, а по-настоящему благоговейное. Здесь никто не пытается выпятить свои достижения через отрицание и противопоставление. Здесь ничего не прячут и не драпируют. С герба Беларуси, встречающего вас по прилете, не исчезли ни земной шар, ни колосья, ни красная звезда.
И это не бравада. С 2006 года в Беларуси воссоздана октябрятская организация. Пионерия и комсомол и не упразднялись. Да, конечно, формальности. Но после того, как все горшки разбиты вдребезги, Беларусь остается колбой, из которой все еще мерцает небольшой осколок советской идентичности. Лукашенко сжимает этот кристалл в большом кулаке и старается не выронить, сохранить эту заначку для будущего.
Своей головой и своими руками
Все, что в России заброшено, приватизировано и разворовано, в Беларуси работает. МАЗ, БелАЗ, завод холодильного оборудования «Атлант», электроники «Горизонт», станкостроительный и моторный заводы. Промолчу по поводу сельского хозяйства. Хотя поход на крестьянский рынок способен отправить в нокаут любого избалованного разнообразием россиянина - такое изобилие.
Да, конечно, все эти отрасли привязаны к российскому рынку. Падение сбыта в России означает моментальное затоваривание для белорусских производителей. Но эти производители как минимум есть. Они существуют!
Захожу в гостиничный номер, привычным придирчивым взглядом окидываю интерьер. Все абсолютно, от простыней до мыла (специально изучал упаковку), не говоря уж о холодильнике с телевизором, все до винтика сделано в Беларуси.
Иду по минскому аэропорту, который в отличие от наших столичных хабов построен не вместо снесенных советских аэрокомплексов, а на основе прежнего. Здесь тоже сверкают хромированные поручни и эскалаторы. Тоже горят электронные панели. Однако и тут, так же как в гостинице, процентов на девяносто все произведено здесь.
Зодчие не со стороны
Уточняю и не удивляюсь уже - строительство в аэропорту, да и во всей республике, велось и ведется только белорусскими трестами. Государственными предприятиями. По суровым СНиПам и ГОСТам. Это заметно даже неискушенному наблюдателю, который, проезжая минские или витебские новостройки, все-таки способен оценить организацию работ. Здесь во всем чувствуется - неважно, грубая или изящная - рука планировщика, приверженность единой концепции.
- Как вам наши новые кварталы? - спрашивают меня местные.
Вопрос с подвохом. Оказывается, многие недовольны. Народ гудит и спорит. Дескать, высотные здания нарушают минский ландшафт. Тру глаза, пытаюсь понять. Братцы, да по сравнению с лужковской Москвой здесь просто какое-то торжество гармонии, вкуса, чувства меры! Минску вообще не известно, что такое пропасть между фешенебельным центром и обшарпанными окраинами. Окраины похожи на центр. Центр - на окраины. Нет вопиющей роскоши, но нет и нищеты.
По своей архитектуре Минск можно считать заповедником сталинского стиля. Нигде больше я не встречал сохраненных в такой же строгой неприкосновенности широченных проспектов и площадей, не обезображенных ни мелким стекольно-алюминиевым самосадом, ни набедренными повязками наружной рекламы. Конечно, есть у города и современное лицо. Однако оно не пересажено ему пластическими хирургами. Все без исключения знаковые новостройки - Национальная ли библиотека, Дворец ли спорта - придуманы белорусскими зодчими. Потому что здесь продолжают воспитывать своих архитекторов.
Это уже другое измерение Беларуси, обычно остающееся за скобками. Говорю об образовании и подготовке кадров. Школьная система, хотя и подверглась разрушительному влиянию Болонского процесса, все же по-прежнему сохраняет лучшие стандарты советской эпохи. Молодых специалистов готовят Белорусский госуниверситет, Университет информатики и электроники, национальный технический, технологический, аграрно-технический, медицинский, педагогический университеты. Есть, как без него, и экономический вуз. Но один. Так что оцените соотношение.
И это только Минск - без Бреста, Витебска, Гродно, Могилева, где тоже имеются университеты.
Националистам тут не место
Меня поразило то, как выглядит Минское море - местное водохранилище. Сколько хватает глаз, его берега покрыты лесом. Подчеркиваю, сплошным лесом, который нигде не прерывается ни единой вырубкой, ни одной проплешиной с причалом, коттеджем и охраняемым пляжем. Потому что здесь так не принято. И думаю, вы уже догадались почему. Ну кто захочет, чтобы было так, как у нас - ни пройти, ни проехать?
- Вы поймите, - объясняют мне белорусы. - Мы не против единого государства, мы - за. Но каким оно будет? Если таким, как Россия, это означает, мы должны пожертвовать всем, что долгие годы сберегали. Мы не хотим. Мы не можем.
И они правы. Мы пытаемся заставить своего соседа разжать ладонь для рукопожатия, а значит - выронить в грязь тот самый советский осколок, который в ней зажат. Интеграция России и Беларуси по российским правилам «свободного рынка» невозможна.
О России как о друге
Запад, конечно, ждет, когда время Лукашенко кончится. Ждет своего момента и либерал-националистическая фронда. Помните вашингтонских белорусов? Им, конечно, будет гораздо сложнее, чем на Украине, потому что для национализма и русофобии, а уж тем более для экспериментов с языком, в Беларуси нет никакой исторической базы. Ни один из оппозиционных кандидатов на выборах, заметьте, сегодня не строит свою платформу на антироссийских лозунгах. Наоборот, все говорят об укреплении дружбы. Правда, дружбу каждый понимает по-своему.
Так что, может быть, не сегодня и не завтра, а послезавтра, но подвижки все-таки возможны. Никуда не делась из ФМ-эфира западная молодежная волна. Недавно Лукашенко пытались зазвать на футбольный матч во Львов, где ему предстояло бы, оказавшись на трибунах, освятить своим присутствием русофобский, антисоветский шабаш. Президент не поехал, а возвращающихся с «выезда» белорусских ультрас на перроне встречала зеленая улица из спецназа в полной экипировке. Власть посылала однозначный сигнал: будете рыпаться - замочим.
По Комаровке, колхозному рынку, меня ведет замдиректора - женщина лет пятидесяти, внешне больше напоминающая учительницу, чем работника торговли. Чистая речь, вежливость и достоинство. Как-то не по-рыночному совсем. Выясняется, еще недавно руководила одним из районов города. Перебросили сюда. За последние несколько лет директора менялись пять или шесть раз. Борьба со взяточничеством тут, наверное, ведется не без перегибов, но зато нет сомнений в том, что она есть.
Это было недавно...
2001 год
Посольство Беларуси в Москве. Лукашенко пригласил российских журналистов на неформальный разговор. Около часа за «круглым
столом» идет странная беседа. Хозяин просит работников пера и топора побольше рассказывать о Беларуси, почаще приезжать. Гости перемигиваются, холодно улыбаются, смотрят в тарелки. Разговор не клеится, это все чувствуют. Спасибо, конечно, за угощение, Александр Григорьевич, но нашим либеральным ценностям вы никак не соответствуете. Но раз уж вы президент, так и быть, потерпим еще чуть-чуть…
2005 год
Площадь перед Джорджтаунским университетом в Вашингтоне, где только что вместе со своей церэушной женой выступил Ющенко. Стою в толпе украинских эмигрантов, сжимающих в руках приветственные плакаты. Попадаются и привычные сегодня лозунги: «Коммуняку на гиляку», «Слава героям УПА». Правнуки, внуки и дети бандеровцев. Местами - качающиеся от ветра мумии самих бандеровцев. Ющенко жмет руки. Поравнявшись с нами, он слышит откуда-то справа: «ПоможИте Беларуси!» Улыбается, кивает, машет ладонью: «Поможем!»
2015 год
Иду по «Линии Сталина». Это музей под открытым небом, километрах в тридцати от Минска. Состоит из оборонительной линии, тянувшейся от Одессы до Ленинграда. Включает в себя доты, рвы и минные поля. Фрагмент этого комплекса оборонительных сооружений по указанию Лукашенко превращен теперь в центр патриотического воспитания. Артиллерийские системы, самолеты, танки, на которых катают детей. Поисковые отряды Беларуси отправляют сюда свои находки. Здесь стоит советский пограничный столб, а в одном из блиндажей красуется надпись: «Границы СССР неприкосновенны».
Незабытые герои
Отношение к истории - вот, наверное, самое сильное впечатление от моего последнего посещения Минска. «Никто не забыт, ничто не забыто» - здесь не фигура речи. Было бы странно, конечно, если бы город, практически полностью уничтоженный фашистами, вдруг впал в амнезию. Но отношение к советской эпохе в Беларуси не просто казенно-уважительное, а по-настоящему благоговейное. Здесь никто не пытается выпятить свои достижения через отрицание и противопоставление. Здесь ничего не прячут и не драпируют. С герба Беларуси, встречающего вас по прилете, не исчезли ни земной шар, ни колосья, ни красная звезда.
Здесь никто не пытается выпятить свои достижения через отрицание и противопоставление. Здесь ничего не прячут и не драпируют.
И это не бравада. С 2006 года в Беларуси воссоздана октябрятская организация. Пионерия и комсомол и не упразднялись. Да, конечно, формальности. Но после того, как все горшки разбиты вдребезги, Беларусь остается колбой, из которой все еще мерцает небольшой осколок советской идентичности. Лукашенко сжимает этот кристалл в большом кулаке и старается не выронить, сохранить эту заначку для будущего.
Своей головой и своими руками
Все, что в России заброшено, приватизировано и разворовано, в Беларуси работает. МАЗ, БелАЗ, завод холодильного оборудования «Атлант», электроники «Горизонт», станкостроительный и моторный заводы. Промолчу по поводу сельского хозяйства. Хотя поход на крестьянский рынок способен отправить в нокаут любого избалованного разнообразием россиянина - такое изобилие.
Да, конечно, все эти отрасли привязаны к российскому рынку. Падение сбыта в России означает моментальное затоваривание для белорусских производителей. Но эти производители как минимум есть. Они существуют!
Захожу в гостиничный номер, привычным придирчивым взглядом окидываю интерьер. Все абсолютно, от простыней до мыла (специально изучал упаковку), не говоря уж о холодильнике с телевизором, все до винтика сделано в Беларуси.
Иду по минскому аэропорту, который в отличие от наших столичных хабов построен не вместо снесенных советских аэрокомплексов, а на основе прежнего. Здесь тоже сверкают хромированные поручни и эскалаторы. Тоже горят электронные панели. Однако и тут, так же как в гостинице, процентов на девяносто все произведено здесь.
Зодчие не со стороны
Уточняю и не удивляюсь уже - строительство в аэропорту, да и во всей республике, велось и ведется только белорусскими трестами. Государственными предприятиями. По суровым СНиПам и ГОСТам. Это заметно даже неискушенному наблюдателю, который, проезжая минские или витебские новостройки, все-таки способен оценить организацию работ. Здесь во всем чувствуется - неважно, грубая или изящная - рука планировщика, приверженность единой концепции.
- Как вам наши новые кварталы? - спрашивают меня местные.
Вопрос с подвохом. Оказывается, многие недовольны. Народ гудит и спорит. Дескать, высотные здания нарушают минский ландшафт. Тру глаза, пытаюсь понять. Братцы, да по сравнению с лужковской Москвой здесь просто какое-то торжество гармонии, вкуса, чувства меры! Минску вообще не известно, что такое пропасть между фешенебельным центром и обшарпанными окраинами. Окраины похожи на центр. Центр - на окраины. Нет вопиющей роскоши, но нет и нищеты.
По своей архитектуре Минск можно считать заповедником сталинского стиля. Нигде больше я не встречал сохраненных в такой же строгой неприкосновенности широченных проспектов и площадей, не обезображенных ни мелким стекольно-алюминиевым самосадом, ни набедренными повязками наружной рекламы. Конечно, есть у города и современное лицо. Однако оно не пересажено ему пластическими хирургами. Все без исключения знаковые новостройки - Национальная ли библиотека, Дворец ли спорта - придуманы белорусскими зодчими. Потому что здесь продолжают воспитывать своих архитекторов.
Это уже другое измерение Беларуси, обычно остающееся за скобками. Говорю об образовании и подготовке кадров. Школьная система, хотя и подверглась разрушительному влиянию Болонского процесса, все же по-прежнему сохраняет лучшие стандарты советской эпохи. Молодых специалистов готовят Белорусский госуниверситет, Университет информатики и электроники, национальный технический, технологический, аграрно-технический, медицинский, педагогический университеты. Есть, как без него, и экономический вуз. Но один. Так что оцените соотношение.
И это только Минск - без Бреста, Витебска, Гродно, Могилева, где тоже имеются университеты.
Националистам тут не место
Меня поразило то, как выглядит Минское море - местное водохранилище. Сколько хватает глаз, его берега покрыты лесом. Подчеркиваю, сплошным лесом, который нигде не прерывается ни единой вырубкой, ни одной проплешиной с причалом, коттеджем и охраняемым пляжем. Потому что здесь так не принято. И думаю, вы уже догадались почему. Ну кто захочет, чтобы было так, как у нас - ни пройти, ни проехать?
- Вы поймите, - объясняют мне белорусы. - Мы не против единого государства, мы - за. Но каким оно будет? Если таким, как Россия, это означает, мы должны пожертвовать всем, что долгие годы сберегали. Мы не хотим. Мы не можем.
И они правы. Мы пытаемся заставить своего соседа разжать ладонь для рукопожатия, а значит - выронить в грязь тот самый советский осколок, который в ней зажат. Интеграция России и Беларуси по российским правилам «свободного рынка» невозможна.
О России как о друге
Запад, конечно, ждет, когда время Лукашенко кончится. Ждет своего момента и либерал-националистическая фронда. Помните вашингтонских белорусов? Им, конечно, будет гораздо сложнее, чем на Украине, потому что для национализма и русофобии, а уж тем более для экспериментов с языком, в Беларуси нет никакой исторической базы. Ни один из оппозиционных кандидатов на выборах, заметьте, сегодня не строит свою платформу на антироссийских лозунгах. Наоборот, все говорят об укреплении дружбы. Правда, дружбу каждый понимает по-своему.
Так что, может быть, не сегодня и не завтра, а послезавтра, но подвижки все-таки возможны. Никуда не делась из ФМ-эфира западная молодежная волна. Недавно Лукашенко пытались зазвать на футбольный матч во Львов, где ему предстояло бы, оказавшись на трибунах, освятить своим присутствием русофобский, антисоветский шабаш. Президент не поехал, а возвращающихся с «выезда» белорусских ультрас на перроне встречала зеленая улица из спецназа в полной экипировке. Власть посылала однозначный сигнал: будете рыпаться - замочим.
По Комаровке, колхозному рынку, меня ведет замдиректора - женщина лет пятидесяти, внешне больше напоминающая учительницу, чем работника торговли. Чистая речь, вежливость и достоинство. Как-то не по-рыночному совсем. Выясняется, еще недавно руководила одним из районов города. Перебросили сюда. За последние несколько лет директора менялись пять или шесть раз. Борьба со взяточничеством тут, наверное, ведется не без перегибов, но зато нет сомнений в том, что она есть.
вк
ок
youtube
telegram
ru–by
MAX
