Как исчезает история…

Целое созвездие уникальных памятников истории и архитектуры расположено в Подмосковье. В том числе – усадьбы, принадлежавшие знаменитым фамилиям.
     
Усадьбы не раз выручали кинематограф – в них снимались известные картины по мотивам русской классики. Но в последние годы многие усадьбы превращаются в руины, а их территории вместе с парками и лесами становятся предметом ожесточенных земельных споров. Как сберечь уникальный облик подмосковных усадеб и сохранить их доступность для посетителей? Об этом «СВ» беседует с Евгением СОСЕДОВЫМ – председателем Совета Московского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК), лауреатом Президентской премии для молодых деятелей культуры (за вклад в сохранение культурного наследия России, защиту уникального исторического облика Подмосковья).

– Евгений, сколько же сейчас, по статистике, «болевых точек» на карте Подмосковья?
     
– Говоря образно, Подмосковье – это одна большая «болевая точка». От конца 1990-х – начала 2000-х нам досталось очень тяжелое «наследство». В течение долгого периода областные государственные органы не обеспечивали необходимую защиту памятникам архитектуры. Государственные собственники и сегодня нередко занимают позицию «сами ничего не делаем – и другим не дадим». А при бывшем губернаторе политика была направлена на скорейшую продажу земли и ее застройку дачами, коттеджами. Отсюда и нынешние споры из-за территории.
     
– Какие основные проблемы есть сейчас?
     
– Первая проблема – отсутствие утвержденных охранных зон, которые должны обеспечивать памятнику сохранность. Всего в Московской области около шести с половиной тысяч памятников. Охранные зоны утверждены только у 40.
     
Вторая проблема – отсутствие оговоренных охранных обязательств, которые должен взять на себя каждый собственник. Иной раз он даже и не знает о том, что здание – памятник. Поэтому перестраивает его, сносит...
     
Третья проблема – когда статусный памятник просто разрушается, а у собственника (как правило, государства) нет средств или желания что-то с ним делать. Но к счастью, почти все усадьбы официально являются памятниками.
     
Другая проблема – это когда объект не обладает официальным статусом, но по факту имеет все признаки объекта культурного наследия.
     
– Что-то изменилось с приходом в 2012 году в область нового руководства?
     
– Были выделены значительные средства на культуру, разрабатываются новые охранные зоны, принят ряд важных решений – действительно ситуация начинает меняться к лучшему. Увеличено финансирование разработки охранных зон. Утвержден перечень исторических поселений Московской области. Также была запущена программа «Рубль – за квадратный метр».

Усадьбы, которые находятся в собственности области, выставляются на аукцион, и собственник приобретает их на условии льготной аренды, но обязуясь при этом провести необходимую реставрацию. Нынешние инвесторы понимают, что выгоднее содержать усадьбу в достойном состоянии, нежели разрушить все до основания и выстроить нечто суперсовременное. Но под программу пока попадает лишь 17 усадеб.
     
– Как решается эта проблема в Беларуси?
     
– В Беларуси, насколько мне известно, усадьбы бережно сохраняются благодаря  государственным программам. Огромное число памятников было восстановлено из руин после Великой Отечественной, восстановительные работы продолжаются и сейчас. Многие инвесторы активно вкладываются в сохранение замков. Очевидно, что у власти есть понимание необходимости привлечения средств в эти направления.
     
– Достаточно ли современное российское законодательство защищает культурное наследие?
     
–  В наследство от СССР нам досталась, возможно, лучшая в мире законодательная база, касающаяся охраны объектов культурного наследия. В 2002 году был принят федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». Таким образом, имеются все необходимые законодательные механизмы. Но, как и в других сферах, с соблюдением закона у нас наблюдаются большие проблемы.
     
– Как привлечь внимание общества к этой проблеме?
     
– Многое зависит от личных связей человека с местом: когда у тебя на глазах застраивают усадебный парк, в котором ты гулял с детства, ты не можешь оставаться к этому равнодушным.
     
Но если в коренном населении еще можно пробудить «любовь к родному пепелищу», то заставить любить, к примеру, Москву и Подмосковье приезжающих «на заработки» крайне сложно. Значит, нужно больше программ на ТВ, специальных дисциплин и курсов в учебных заведениях. Очевидно, что гражданское сознание сегодня растет, если сравнивать с 1990-ми – началом 2000-х, когда люди были озабочены исключительно вопросами выживания.
    
Но все это очень сложно без серьезной поддержки властей. К счастью, в государственной политике в области защиты культурного наследия тоже наметился ощутимый перелом. Словосочетание «культурное наследие» стало звучать на самых разных уровнях, вопросы сохранения наследия вошли в политическую повестку. Это показатель того, что общество начинает волновать эта проблема, равнодушие преодолено.