Зов предков

Последним владельцем фамильного гнезда Брянчаниновых – усадьбы Покровское близ Вологды – был дед Татьяны. Ему вместе с бабушкой и мамой госпожи Уатсон во время Гражданской удалось бежать. Потомку одного из древнейших вологодских родов, чей пращур Михаил Бренко (иногда его именуют Бренник) был оруженосцем Дмитрия Донского и сложил голову на Куликовом поле, в 1918 году милости от ЧК ждать не приходилось. 

  

Семья в одночасье снялась незнамо куда. Дальше – классический для русской эмиграции маршрут «вниз по карте», как именовала бегство на юг знаменитая своим печальным юмором писательница Тэффи. 

 

Беглецов приютила Чехословакия. Но… после освобождения этой страны от гитлеровцев в 1945-м многие эмигранты из послереволюционной России рисковали быть депортированными на суровую родину и долго скитаться по лагерям. К тому времени Владимира Брянчанинова и его жены Софии (в девичестве Татищевой) уже не было в живых, а их дочь Кэтти с мужем чехом Шубертом и четырнадцатилетней Татьяной смогла перебраться в Австрию. Но и там покой не снился, и бывалая эмигрантка убедила близких на новый бросок «подальше от этой земли». Так семья оказалась в Австралии. 

 

После многих испытаний и мытарств жизнь устроилась в австралийском Перте. Татьяна выучилась на медсестру, вышла замуж за англичанина Дона Уатсона, затем окончила университет и благополучно преподавала психологию в высшей политехнической школе. После кончины матери Татьяна Уатсон основала в память о ней православную Марфо-Мариинскую благотворительную ассоциацию, взявшую на себя заботы о тех, кому чужбина не принесла к старости лет ни достатка, ни крова. 

  

Однажды итальянская родственница подарила Татьяне Уатсон дореволюционную книгу о вологодской старине, на страницах которой оказались фотографии родового гнезда. Внучке последнего владельца имения в Покровском и в голову не приходило, что старинная усадьба могла уцелеть. Спросить не у кого, писать некому…

  

Помог знакомый – моряк, некогда родившийся на берегах Невы. По просьбе Татьяны он отправился в Россию на поиски усадьбы. Дорога затянулась, к цели он добрался в поздних сумерках. Настроившись на долгие поиски, моряк подъехал к первому попавшемуся на глаза инспектору ГАИ с вопросом про Покровское, а тот оказался... зятем Александра Тарасова, благодаря которому дом и устоял до наших дней! 

 

Тарасова, увы, нет уже в живых, но когда-то я сам приезжал к нему поговорить об усадебных легендах. В ту пору в прекрасном барском доме разместили санаторий для туберкулезных больных. В восьмидесятые годы прошлого века в нем лечились и те, кто заболел в пору долгих отсидок в местах не столь отдаленных. Среди такой публики не редкость на все руки мастера, они и помогали Тарасову, возглавлявшему лечебницу, сохранять остатки былой роскоши. Нашелся даже скульптор, который скопировал гипсовые лошадиные головы с фасада, а поврежденные подлинники доктор убрал от натиска стихий до лучших времен... 

 

Из Покровского моряк привез в Австралию горсть земли. Татьяна отнесла ее на могилу матери и вскоре отправилась на Русский Север. В России она с изумлением узнала, что стала... наследницей святого! Двоюродный прапрадед австралийки Дмитрий Брянчанинов, ставший монахом Игнатием, и прежде почитался Русской православной церковью как праведник и христианский мыслитель, в пору празднования 1000-летия Крещения Руси был канонизирован Поместным собором. С тех пор Татьяна Уатсон каждым летом навещает Покровское. Австралийка жертвовала на восстановление родовой церкви, торопила областные власти с затянувшейся реставрацией поместья. 

 

Подобных памятников усадебного зодчества в России больше не сыскать, и не резон допускать гибель такого наследия никаким режимам. Лед в конце концов тронулся. Да так, что причастные к возвращению брянчаниновскому родовому гнезду былого блеска и величия удостоились премии Правительства России в области культуры за 2010 год. 

  

Три года назад в архитектурном уникуме открылся культурно-просветительный и духовный центр «Усадьба Брянчаниновых». 

 

Зов предков обернулся тем, что миссис Уатсон купила в Покровском пустовавший дом с видом на овеянное легендами дворянское гнездо. Хлопот с домом было немало, но за десять приездов Татьяна Александровна смогла его во многом по своему вкусу переустроить, так что иной раз гостит и с кем-то из детей. Немало надежд и на то, что внуки смогут говорить по-русски…